Разбитые Очаги

Так что это я скорее должен бояться, чтобы вы не захватили Глесаду… И я боюсь, — он неожиданно стал серьезен, — Боюсь, но не вижу другого выхода. Так что, я успокоил тебя?

Я нахмурился. Вся эта пурга с разными силами притяжения укладывалась в голове с трудом, но звучала по-своему логично. Что ж, если уж я принимаю существование жизни на луне, придется, видно, принимать и остальное.

— Вроде того, — нехотя признал я.

— Значит, мы договорились?

— Договорились, — подтвердил я, — Мне нужно будет заехать в столицу, кое с чем разобраться.

А потом я буду готов приступить к поискам.

— Отлично! — обрадованно воскликнул старик, после чего замолчал.

— Что, никогда не заходил так далеко? — усмехнулся я, — Не знаешь, что делать дальше?

— Откровенно говоря, да, — признался Допиан. — Наверное, раз мы все обсудили, следует пока завершить разговор?

— А может, лучше еще поболтаем? — предложил я.

— Ну… Полагаю, можно и поболтать — согласился старик.

Глава 7

Я въехал на вершину холма и остановился, любуясь открывшимся видом.

Гайдал был прекрасен. Синие воды, расчерченные крохотными пятнышками парусов, тянулись вперед и направо до самого горизонта, растворяясь там в утренней дымке и сливаясь синевой с небесами. По поверхности пробегали ленивые волны — из-за своих размеров великое озеро редко бывало спокойным. Свежий ветер доносил запах воды и крики чаек.

По левую руку озеро сужалось, смиряло нехотя необъятную ширину — и превращалось в реку. Пантея — одна из крупнейших судоходных артерий королевства, несла свои воды до самого Панцирного Моря, обеспечивая столице постоянный приток товаров с Юга и Запада.

Расхожая шутка гласит, что рыба в Пантее каждый раз разная на вкус из-за огромного количества специй, просыпавшихся в воду с многочисленных торговых кораблей.

А впереди, на противоположном берегу истока сиял в лучах Очага Сапрафис. Белый, алый и золотой — в таких цветах построила свою столицу Империя, и возникшее на ее месте королевство не стало ничего менять в замысле предков.

Сапрафис не только не угас после развала колосса — преумножил величие и красоту. Хотя, стоит признать, новые кварталы все же уступали старой застройке. Но издалека разница была не видна, город выглядел единым прекрасным целым.

С холма я спускался не без сожаления. Если бы не необходимость, я бы предпочел не заезжать в Сапрафис. Не смотря на проведенные в столице годы, город я так и не полюбил.