Разбитые Очаги

Я быстро оделся и похромал к двери.

Тамсин расположился недалеко от дома. Великан сидел у костра, помешивая содержимое знакомого котелка, который он закрепил на импровизированной треноге из толстых веток. Рост позволял гиганту следить за едой, не вставая.

— Не люблю готовить под крышей, — сказал он, заметив мое присутствие.

— Знаю, — ответил я, садясь рядом. В колене противно щелкнуло.

— Болит?

— Немного.

Я окинул взглядом поляну. Сплошь изумрудная трава да редкие камни, дождь смыл кровь и грязь. О недавнем сражении напоминало лишь выгоревшее пятно ближе к лесу.

Тамсин проследил за моим взглядом и ответил на невысказанный вопрос:

— Похоронил к западу. Тут когда-то была деревня. Кладбище заброшенное, но я решил, лучше так, чем в лесу.

— А Сушитель?

— Этого просто оттащил в сторонку, - ответил Тамсин, снимая котелок с огня, - Подумал, ты захочешь взглянуть. Посмотрим?

— Сначала поедим.

На этот раз Тамсин приготовил похлебку. Ароматное густое варево, полное мяса, диких кореньев и каких-то бобов было обжигающе горячим.

Глядя на то, как я фыркаю и дую на ложку, великан хмыкнул и ушел в дом. Я не стал спрашивать, куда он направился — был занят, воевал с едой. Вскоре Тамсин вернулся с запотевшей крынкой. В ней оказалась сметана, холодная. Я тут же вывалил солидную порцию в похлебку. Стало еще вкуснее.

— Где ты берешь продукты? — прочавкал я с набитым ртом.

— В подвале что-то вроде ледника, — ответил великан.

— Тут есть подвал? — удивился я.

— Тут много чего есть. Давай доедай и покажу.

Я заработал ложкой вдвое быстрее, но, едва в миске показалось дно, потянулся за добавкой. Истощенный организм поглощал пищу, как огонь поглощает бумагу. Я сожрал три порции, прежде чем почувствовал насыщение.

— На тебя не напасешься, — прокомментировал Тамсин мой аппетит, — Это из-за ноги?

— Да, — подтвердил я, запрокинув миску над головой и ловя последние капли бульона.

— Сильно досталось?

— Колено в труху.

— Я видел, когда тебя раздевал, — кивнул великан, — Выглядело погано.

— Ага, — односложно ответил я.

— Но нога восстановится? — не отставал Тамсин.

Я вздохнул:

— Нет, Тамсин, нога не восстановится. Невозможно за минуту вылечить почти оторванную конечность. Я попытался — и вот, что получилось. Хромать мне теперь всю жизнь. Чудо, что вообще могу ходить.

— Чародеи Элинии… - начал было гигант, но я не дал ему договорить.

— Элиния далеко, а я не хочу в бега! — ответил я резче, чем собирался, — Ясно тебе?

— Ясно, ясно, — поднял ладони Тамсин.