Разбитые Очаги

— Понятия не имею, — сказал Допиан, когда я закончил.

— Штуковина явно от предков. Я думал, ты разбираешься в подобном.

— “Штуковин от предков” наберется несколько сот тысяч наименований, юноша, — брюзгливо заметил Допиан. Кажется, старик все же немного обиделся на мою резкость. — И не все они легко узнаваемы для непрофессионала. Может, тебе вовсе досталась не полноценная вещь, а какая-то деталь.

— Например?

— Оружейный компенсатор отдачи. Рулевой модуль дрона. Кусок игрушки. Это может быть буквально что угодно.

Как все же жаль, что у тебя нет полноценного нейроинтерфейса…

— Это еще что такое?

— Устройство, которое напрямую взаимодействует с сознанием. С помощью него можно разговаривать на расстоянии, управлять техникой, записывать видео… Да много чего.

Я возразил:

— Разговаривать на расстоянии позволяет и кольцо.

— Кольцо — лишь приемопередатчик с горсткой дополнительных функций, — отмахнулся Допиан. — Их делали непродолжительное время после Войны, когда промышленность еще как-то существовала, но уже не способна была создавать действительно сложные вещи.

Кольца — жалкая попытка хотя бы частично заменить утраченное. Возможности полноценного интерфейса гораздо шире.

— Например?

— Например, ты мог бы просто показать мне свою “штуковину”, вместо того, чтобы распинаться в тысяче слов. А я бы запустил визуальный поиск и тут же получил результат.

Я на миг задумался:

— И где взять этот…

— Нейс, называй его так. Нигде не взять.

— Они были настолько редки?

— Отнюдь.

Даже сейчас нейсы есть у некоторых глесадиан, в том числе у вашего покорного слуги. Что уж говорить об изобильных временах расцвета.

— Тогда в чем проблема?

— Ты разбираешься в анатомии, Лард. Вот скажи, как внутри черепа?

Я слегка опешил:

— В смысле “как”?

— Ну… Как там?

Не вполне понимая, что имеет в виду глесадианин и чувствуя себя от этого глупо, я все же ответил:

— Тепло. Влажно. Спокойно.

— Именно! — радостно воскликнул Допиан. — Спокойно. С одной стороны мягкий мозг, с другой — надежная кость.

Ничто не мешает работе тонкого устройства.

— Мог бы просто сказать, что эта хрень хрупкая, — проворчал я. — И пихается прямо в башку.

— Словообилие и наводящие вопросы — два верных спутника старости, молодой человек, — хихикнул глесадианин. — Позволяет нам, седым и немощным, растянуть любую пустяковину на полноценную беседу. Но, возвращаясь к нашей теме, ты верно понял, что для работы нейсу необходим непосредственный контакт с мозгом.