Разбитые Очаги

В нервном напряжении, сжатый, как пружина, я доковылял до ручья, не задерживаясь, пошел вниз по течению.

Я не мог полностью полагаться на уши. Ночной лес на самом деле полон звуками. Шумят кроны, кричат птицы, ворочаются в норах грызуны. Даже стволы деревьев шумят: скрипят, чуть покачиваясь на ветру, шуршат жвалами древоточцев под корой, потрескивают, остывая после дневной жары.

Но один звук все же привлек мое внимание. Шорох, словно бы выбивающийся из общей картины. Он раздался четко из-за спины, с расстояния сорок-пятьдесят метров.

Источник как будто располагался над землей, на уровне двух моих ростов.

Сова?

Я надеялся, что сова.

Очень хотелось обернуться, но я сдержался, лишь крепче стиснул глефу.

Минута — и снова посторонний звук. На этот раз иной: легкий, чуть свистящий шелест и следом словно бы падение чего-то мягкого, легкого. Расстояние прежнее. Звук разбудил что-то в памяти. Я точно слышал подобное раньше, но когда и где?.. Я не мог вспомнить.

Сглотнув, я продолжил идти. Очень хотелось обернуться, но тогда я лишил бы себя единственного преимущества.

Пусть преследователь думает, что я ни о чем не подозреваю. Пусть шумит, выдавая себя. Так я хотя бы буду приблизительно знать, где он находится. К тому же, пока он не нападает. Может, я просто случайно забрел в его охотничьи угодья. Тварь должна быть сыта, она сполна удовлетворила голод грызоротнями. Проводит меня до границ и отстанет.

Звук повторился. На этот раз немного дальше и чуть иной. Шелест как будто бы такой же, а вот падение отличалось, словно на этот раз земли коснулось нечто более тяжелое.

Но коснулось так же мягко, не упало даже — опустилось.

Я вспомнил, где слышал этот звук. С таким мягким шелестом расслаивал воздух меч мастера Мареона, когда он показывал нам, едва начавшим обучение пацанам и девчонкам, что такое действительно острое лезвие. Для демонстрации Мареон выбрал заросли сирени, давно и прочно захватившей дальний край плаца. Егерь не рубил даже, просто быстро проводил в воздухе клинком, но этого все равно хватало, чтобы чисто срезанные ветви с шелестом отделялись от ствола и мягко опускались наземь.

Тварь расчищает себе дорогу?

Звук повторился вновь, чуть ближе, но в целом в тех же пределах. Преследователь выдерживал дистанцию, а значит, нападать пока не собирался. Но и не отставал.

Под аккомпанемент срезаемых веток я добрался до того места, где ручей впадал в болото. Замер в нерешительности. Если пойду прежним путем, окажусь в уязвимом положении.