Торнан. Книга I. Повеление богини

Ну, неужели ты так обиделся на Мариссу? Ну она ведь всего лишь глупая девчонка, которая мало понимает, что говорит. Да в конце концов: если это давно не тайна –то и огорчаться незачем!

Чикко всхлипнул.

–Но ведь, ведь теперь ты должен меня презирать... Как Марисса... Теперь я понимаю, почему она не любила меня...

–Да с какой стати?! –взревел Торнан. Мне если хочешь знать, до ваших обычаев вообще дела нет!

–Но ведь я... ненастоящий! –выдохнул Чикко.

С удивлением Торнан взирал на приятеля.

–О, бог Грома, прародитель мой! – воскликнул он, обратив лицо к небу.

Ну если ты так плохо думаешь обо мне, то... –он запнулся.

–Я ненастоящий! –повторил Чикко, – и даже богов-защитников не имеющий! Любые боги мной побрезгуют! Пальцем деланный, а не как положено у людей!

Но... но ведь меня тоже родила мать, как и всех вас! –невпопад восклицал он. И она не тетка, а лучшая в мире! И отец любил меня не меньше...

И вдруг тихонько заплакал.

Торнан лишь горестно всплеснул руками.

Ну что ты будешь делать??! Ну почему, во имя всех небес, ему досталась такая команда, состоящая из глупой девчонки, не следящей за языком, и мага, не понимающего самых элементарных вещей.

Что ему оставалось? Он просто снял с пояса флягу, и принялся вливать красное вино в рот всхлипывающего шамана.

***

…Все что случалось в его жизни, Чикко переносил достаточно легко.

А случалось с ним много такого, что другого убило бы наверняка.

Но Чикко перенес все, что ниспослала ему судьба, и главным образом потому, что и в самом деле, как думал его приятель, так и остался по большому счету диким человеком с диких островов.

Он много знал и много умел, он многому научился, и прежде всего –научился ловко выживать в большом и неприветливом мире. В первый же год, когда ступил на землю Логрии, он каким-то шестым или двенадцатым чувством понял, что к чему. Он привык питаться жареной требухой и колбасами с жаровен, он познакомился с ворами, срезающими кошельки, и «ломовиками» что таскали вьюки с повозок и караванов, и освоил их ремесло, отводя глаза караульщику или обираемому купчине.

Он научился болтать на полудюжине языков, и даже освоил грамоту –чтобы читать чародейские книги. В борделях он перепробовал женщин всех цветов кожи и рас. Затем поднялся выше, пристроившись к мошенникам и аферистам. Сунулся было в игорные притоны, но быстро понял, что его рано или поздно вычислят, и укоротят на голову. Потом было тяжелое и бессмысленное ученичество у чародея.