Рождённые магией

Киран лишь коротко кивнул им, не останавливаясь, подхватил тело предполагаемого преемника Михаэля телекинетической рукой, и они перенеслись в его особняк. Пока парень был без сознания, домашний фантомный врач нарастил ему новую руку и вколол зелье комплексного восстановления. Для окончательного выздоровления необходимо выспаться и плотно поесть. Сон ему обеспечит снотворное, которое было в зелье, а с едой справится такой же фантом-повар.

***

Проснулся от стука в дверь. Странно, я же в поле, так кто и главное – куда стучится? Может, это моё воображение? Перевернувшись на бок, накрылся с головой одеялом.

Стук повторился. Он не был особо громким или настойчивым, скорее, сдержанным, будто боялись разбудить и проверяли, не проснулся ли человек. Живот внезапно сдавило, и я открыл глаза. Хотелось не просто кушать, но жрать, именно так, мой желудок был готов проглотить и переварить одним рывком слона, может, не самого крупного, но средних размеров.

Первое, что я увидел, была темнота, которая заменяла небо.

Меня спасли? Скинув одеяло, обнаружил, что лежу в огромной кровати, под пуховым одеялом. В комнате было темно, а в дверь вновь постучались, но в этот раз уже более настойчиво, словно знали, что уже не сплю.

— Конечно, знали, ведь сами и разбудили, — поднимаясь с кровати, проворчал я и крикнул: — Входите!

Вдруг вспомнилась незабвенная «Кавказская пленница», кажется, она тоже проснулась неизвестно в чьих апартаментах.

Дверь распахнулась, и в комнате моментально стало светло, как днём. Вошедший хлопнул в ладоши, и справа вместо длинной белой стены появилось огромное окно, кажется, его ещё называли французским, если мне не изменяет память. Вот удивительно, мы помним множество всякого бесполезного мусора, при этом нужные вещи забываются с лёгкостью и непринуждённостью. Огромное панорамное окно открывало вид на море, которое, казалось, находится в метрах двадцати от стеклянных дверей. Запахи солёной воды тут же проникли в помещение, заставляя тело судорожно подрываться с места и бежать навстречу первозданной стихии, в чём мать родила.

Как говорится, где родился, а мы все вышли из водной среды обитания, там и пригодился, ну или утопился, у каждого свои варианты. Желудок вновь сдавило, и я посмотрел на расположившегося в углу высокого мужчину с вытянутым лицом. Он сидел в мягком и на вид удобном кресле и с полуулыбкой следил за мной, как маньяк какой-то.