Топор и дубина

– Во Имя!

Нечестивое войско вокруг зарокотало барабанами, взвыло, заорало, заулюлюкало тысячью нечеловеческих голосов, и холм задрожал под их ногами, лапами и копытами. Звери Тьмы ринулись на крохотный отряд.

Над головами небо разорвалось молниями и громом, на земле, вторя ему, схлестнулись колдовство и Сила. Первые ряды живых мертвецов выкосило вспышками ослепительного света, разбросало разодранные тела, залило траву густой мёртвой кровью.

Шаманы не замедлили с ответом, заставив свирепней рыть землю и трубно реветь.

Черепа, переливающиеся трупной зеленью, выли, несясь к людям. Закричал первый солдат, не сумевший отбиться от щёлкающих челюстей, рвущих его горло. Закричал и шагнул назад, разрывая строй.

Бледные солдаты, тяжело шагая, опустили копья, и пошли к пролому.

Барабаны рокотали.

Череп, напитавшийся кровью и мясом, вспыхнул алым, разлетелся адским огнем и острейшими осколками проклятых костей. Старый колдун, нащупавший прогал в обороне, затрубил в чёрный рог, ринулся туда, призывая товарищей.

Зелёные черепа шли роем, сливаясь в алую огненную полосу, разрывали строй всё сильнее.

Один из рыцарей, с гербом Цапли, шагнул вперёд, прокрутил восьмёрку шестопером, ударил. Тройка Бледных, оказавшаяся первой, приняла первый бой.

Тяжёлые перья разбили ржавый шлем, с хрустом развалили голову воскрешённого. Щит блеснул серебряной птицей, отбил второго, окованным краем сломав шею. Бледный, несмотря на повреждение, пытался встать. Рыцарь уже атаковал третьего Бледного, когда ярко-зелёная молния, изогнувшись коварной змеёй, впилась в него.

Рыцарь закричал, когда дьявольский колдовской огонь заставил мгновенно истлеть и осыпаться крепчайшую сталь панциря, а затем и плоть. Солдаты не успели оттащить его, рядом с рыцарем оказалось несколько недавно восставших, навалившихся кучей, тянущихся к нему зубами.

Рыцарь кричал, страшно умирая, а черепа и молнии всё били и били, раздирая строй.

Бесовская мелочь, опережая Бледных солдат, выла и уже проникала внутрь отряда людей.

Мелькали кривые клинки, взмывали тяжелые зазубренные топоры, кололи копья с наконечниками в треть самого копья. Боевые кличи гарбов, кноллов и краков слились в единый ор.

- Держать строй! – рявкнул командор и, проклиная свою слабость, ударил, чем смог – Молотом Гора.

Воздух, разорванный словами Силы, треснул, стянулся, в одну точку над опешившими бесами, стянулся и тут же разорвался.