Ultima Forsan

– Как тебя занесло так далеко на юг? Да ещё и в столь скверную компанию, вроде тех ублюдков, что мы перебили в городе?

- Я коренной мариенбуржец, - с гордостью, какую испытывают только жители столицы, поглядывающие сверху внизу на всех остальных, считая их безнадёжными провинциалами, ответил тевтон. – Не очень хочу распространяться, как оказался так далеко от дома, но тому были веские причины. А в банде я работал лицом, думаю, ты и сам понял это, Mein Herr. Никто бы в здравом уме не нанял охранниками тех, кто на самом деле заправлял там всеми делами.

Он ловко попытался отделаться очевидными вещами, но я не из тех, кого можно так запросто обвести вокруг пальца.

- Это понятно, - отмахнулся я. – Ты лучше скажи, как докатился до того, что оказался лицом в банде этих ублюдков? – щадить чувства молодого тевтона я не собирался.

- Карты, - коротко бросил он, как будто это должно было всё объяснить, но тут же продолжил: - Меня обчистили, раздели едва ли не догола. Я ещё и должен остался, вот и отрабатывал долг.

Конечно, прикидывал как бы сбежать, ведь работать на таких ублюдков приходится всю жизнь. Они же как клещи, если раз вцепились, то после с мясом не оторвёшь.

- А скандинав отчего молчит всю дорогу? – спросил я. – Он что, немой что ли?

- Да считай что немой, - кивнул тевтон. – Он только на своём языке болтать горазд, а другие так и не удосужился выучить. Только я с ним общий язык найти сумел.

- Это как же? – почти непритворно удивился я.

- Я в Риге служил в морском патруле, - объяснил тевтон. – Там много служило скандинавов.

- Смотрю ты был неплохим подспорьем бандитам в Парме, - усмехнулся я.

Тевтон ожёг меня злым взглядом, однако ничего говорить не стал. Глупо было бы с его стороны спорить с очевидным. Я не боялся задевать больные струны в его душе, иногда это было даже полезно. Тевтон был не из тех людей, что способны на подлость. Он скорее по-рыцарски бросит мне в лицо перчатку, чем ударит ножом в спину, а потому его прямой как палка злости я не боялся.

Если он глупее, нежели я думаю о нём, то ответит на мои подначки, и я окончательно утвержу власть над ним, да и скандинавом заодно. Если же будет умнее, то и без этого признает моё главенство в нашем маленьком отряде.

Оба мальчишки всю дорогу изводили расспросами пистольера. Отец их явно не баловал историями о своих военных приключениях, а вот пистольер наоборот оказался удивительно словоохотлив.