Ultima Forsan

Мы со Скрипачом собрали достаточно дров для погребального костра, после уложили на них тела капитана Гальярди и его племянника. Дон Бласко уже держал в руке отчаянно чадящий факел. Агирре щедро полил дрова вонючей алхимической жидкостью – теперь пламя будет таким жарким, что в считанные минуты уничтожит тела, оставив лишь пепел от плоти и костей.

Капитану Гальярди мы вложили в руки его длинный меч, сложив ладони на гарде. Рядом уложили племянника, тоже с оружием в руках. Какими бы ни были между ними отношения при жизни, пускай в смерти они примирятся.

Так решил преподобный де Бельзак, когда попросил нас сложить один костёр для обоих.

- Как бы то ни было, - сказал он, - а и капитан Гальярди, и его племянник были верными слугами церкви.

Де Бельзак прочёл над телами короткую молитву, после чего кивнул дону Бласко, и тот швырнул факел. Пламя мгновенно взметнулось к небесам. Жар заставил нас отступить на пару шагов, видимо, жидкость у Агирре была очень уж ядрёной, да и не пожалел он её для погребального костра.

Пламя было сильным, и почти не давало дыма, а значит, на заставе нас вряд ли заметят. Нам это только на руку – объясняться с кантонскими стражами границы было бы неприятно и, хуже того, унизительно, особенно для преподобного де Бельзака, который руководил отрядом и ответственность лежала на нём.

Мы стояли у костра, пожирающего тела двух человек, и ни у кого не находилось сил, чтобы просто спросить: что же дальше?

Как ни странно, первым нарушил затянувшееся молчание дон Бласко.

- Что теперь, господа? – ни к кому не обращаясь, поинтересовался он.

– Мы провалили порученную нам миссию, но сил у вас, преподобный, не достанет, чтобы водворить нас обратно в тюрьму.

При этом он как бы невзначай уронил правую ладонь на рукоять меча. Точно также поступил и Агирре. Взгляд баска мгновенно потерял всю насмешливость и стал ледяным – мы теперь вполне могли стать его врагами, а с врагами не то что не шутят, с ними не разговаривают.

- Вы вольны идти на все четыре стороны, - пожал плечами де Бельзак.

– Не в моём праве задерживать вас и дальше. Коней и припасы можете взять, сколько вам нужно.

Дон Бласко удивлённо поглядел на него, но ничего говорить не стал. Он кивнул приятелю, и они вместе направились к лагерю, не дожидаясь, когда догорит погребальный костёр.

- А ты, Скрипач, куда теперь? – спросил де Бельзак. – Прости, но платы тебе уже не видать. Я вернусь к епископу, чтобы предстать перед его строгим судом, и тебе лучше со мной не идти.