Ultima Forsan

Отнюдь не у всех ведьм рыжие волосы и зелёные глаза – вряд ли таких женщин часто можно встретить в том же Египте.

На сей раз наши взгляды пересеклись почти на полминуты – и этого времени ведьме хватило, чтобы всё понять. Она отшатнулась от меня, прижалась спиной к противоположной стенке, обхватив руками острые коленки.

- Если ты не хочешь, чтобы я вошёл в твою клетку, - сказал я как можно более угрожающим тоном, - и коснулся тебя, то лучше тебе обойтись без чар. Мы друг друга поняли, ведьма?

- Поняли, - прошипела она с такой ненавистью, что у кого другого может быть и сердце не выдержало.

Я отошёл от клетки, и хотел было уже забраться на козлы, но меня остановил преподобный де Бельзак.

- Рейнар, - сказал он мне, - на первом же привале нам надо будет серьёзно поговорить.

- Я никогда не откажусь от беседы, преподобный, - ответил я, забираясь-таки на козлы.

Скрипач пристроил на коленях свою Виолину, а значит править было мне. Я взялся за вожжи, руки сами вспомнили, как их правильно держать, хотя с тех пор, как я последний раз правил повозкой, прошло довольно много лет. Я глянул на капитана Гальярди. Тот махнул рукой, давая команду отправляться. Я щёлкнул вожжами, и послушные лошади медленно затрусили по дороге.

- Слушай, Рейнар, - не удержался и тут же спросил у меня Скрипач, - а ты всё-таки кто такой будешь, а? У меня аж сердце в пятки ушло, когда ты с ведьмой болтать начал.

- Знаешь ли, Скрипач, - пожал плечами я, - иных вещей лучше не знать. Ты с Книгой Экклезиаста знаком?

- Да вроде читали нам из неё на проповедях, - теперь уже он пожал плечами, не понимая, куда я клоню.

- Eo quod in multa sapientia multa sit indignatio et qui addit scientiam addat et laborem, - процитировал я.

- Болтаешь на латыни свободно, будто поляк, - бросил явно обиженный моим ответом Скрипач. – Мог бы и по-человечески ответить, мол, не твоё дело, солдат, не лезь, куда не просят.

- Мог бы, - кивнул я, - но не буду. Вот ты краем этого дела коснулся, а уже меня побаиваешься, а если больше узнаешь, то может быть и вовсе мне стрелу в спину пустишь.

- Умеешь ты успокоить человека, нечего сказать, - буркнул Скрипач.