Ultima Forsan

- Я не солдат, и не умею в них сражаться, - покачал я головой, сразу погрузившись в нелёгкий выбор холодного оружия.

Пистолета мне и одного хватит, а вот над выбором холодного оружия пришлось задуматься как следует.

Я не солдат, а вот бойцы капитана Гальярди как раз именно солдатами и были, а потому вооружение у них было соответствующее. Тяжёлые мечи, пара топоров, гросмессеры, один биденхандер, вроде того, что был у Баума, несколько шестопёров, какими очень удобно раскраивать черепа ходячим мертвецам, да и живым людям вполне сподручно.

Но ничего что подошло бы мне, просто не было.

- Извини, капитан, - сложив последний из мечей обратно в сундук, сказал я, - но всё это оружие для солдат, а я – авантюрист. Ничего тяжелее кавалерийского палаша в руках не держал.

- Чем богаты, - пожал плечами Гальярди, и мы вместе затолкали сундук обратно внутрь телеги.

Закидав её ветками, мы вернулись к лагерю. Его уже успели свернуть, и явно ждали только нас.

- Но я не понял, преподобный, - говорил де Бельзаку Агирре, - как же с ведьмой теперь быть? Она ведь запросто может заколдовать того, что на козлы сядет.

- У неё не достанет сил преодолеть благодать Господню, - отвечал тот. – Мой крест и моя вера послужат мне защитой от её дьявольских козней.

И словно издеваясь над ним, ведьма в клетке громко рассмеялась. Хотя, наверное, она именно издевалась, но не только над преподобным, а над всеми нами.

- Не проще ли выжечь ей глаза, - предложил я, - отрезать пальцы и вырвать язык? Тогда она уже точно никого заколдовать не сможет.

Говоря это, я глядел прямо на ведьму. Девчонка отвечала мне прямым взглядом. Я мог бы поклясться, что она понимала каждое сказанное мною слово, и перспектива мук её совсем не пугала.

- Не получится, - покачал головой преподобный. – Видите, на её теле нет следов пыток, они только делали её сильней. Такие ведьмы не редкость в проклятом Египте.

Мне довелось прочесть про них в книгах из библиотеки Пассиньяно. Некоторые ведьмы умели черпать силу из собственных мучений.

Чем страшнее те были, тем сильнее становилась ведьма. И страшным итогом для многих не успевших вовремя понять этого инквизиторов становилась смерть от рук казалось бы только что беспомощной ведьмы. А иногда за подобную неосмотрительность платили страшную цену монастыри или целые города. Перенесённые страдания и наполнившая их сила опьяняла ведьм, лишала их разума, и они творили разрушительную магию, уничтожая всё вокруг.