Камень Пардгхавата

И, не дожидаясь ответа, он поднял топор и под его мощными ударами полетели смолистые, красноватого цвета щепки.

Бен-Шакур встал и пошел к воде.

— Если у тебя на хвосте погоня, то лучше не оставлять мосты, — сказал Фирчик, спускаясь к ручью вслед за купцом.

— Что-то меня не тянет лезть в эту воду, — отозвался Бренд. — Переберемся и перетащим ствол на тот берег.

Збедошец, закатив рукава своего балахона, встал на колени и начал шумно брызгать себе в лицо холодной проточной водой.

— Я бы не советовал так запросто плескаться в незнакомом ручье, — проговорил Бренд.

— Особенно в этом лесу.

Бен-Шакур, услышав его слова, поднялся и сделал пару шагов от берега.

— Так-то оно так, да,.. — неизвестно о чем заговорил Фирчик, как вдруг из воды высунулась крупная, больше лошадиной, голова на длинной чешуйчатой шее. Оскалившаяся кривыми зубами пасть нависла над купцом. В мгновение ока Фирчик оказался рядом со збедошцем и, оттолкнув того в сторону, взмахнул кинжалом перед мордой чудовища.

— Нет, Фирчик! Нет! — воскликнул Бренд, выхватывая меч, но было поздно.

Маленький рошанец, уворачиваясь от выпада подводной твари, поскользнулся и изогнутые длинные клыки вцепилась в ногу человека.

Фирчик пронзительно закричал от ужаса и боли и ткнул кинжалом, целя чудовищу в глаз. Бренд, занося меч для удара, бросился вниз по пологому склону.

Вода у берега ручья бурлила. Появилась выгнутая горбом спина с рядом острых шипов и кривые толстые передние лапы.

Чудовище близоруко щурилось и рошанцу никак не удавалось добраться клинком до уязвимого места — сталь скользила по прочной чешуе. Бренд наконец-то добежал до места борьбы, но тут сверху раздался голос Бальдура:

— В сторону, Лучник! В сторону!

Бренд поднял глаза. Великан изо всех сил уперся ногами в землю, а могучим плечом — в дерево. Подрубленный ствол затрещал и повалился вперед, мимо едва успевшего отпрыгнуть Бренда, всей своей массой обрушиваясь на шею пресмыкающегося.

Раздался громкий хруст и гигантский монстр ушел под воду, так и не разжав челюстей. Вода у берега покраснела, но от чьей крови — Фирчика или его убийцы — ответить было невозможно.

Все произошло настолько молниеносно, что Бен-Шакур только теперь понял, что случилось. Бренд медленно повернулся к купцу и голос его был исполнен клокочущей ненависти:

— Кто ты, збедошец? Я уже устал спрашивать.