Кто меня призвал?

Меня переполняют эмоции, мне начинает нравиться быть здешним героем или, как все нас называют, Призванным. Все эти сражения с монстрами, я мечтал об этом с самого детства. И вот, мечта сбылась. Даже в каком-то смысле спас принцессу. Поспешил к Энни, чтобы помочь ей выбраться из паутины, а она оттолкнула меня и сняла паутину собственными силами.

– Молодец, – недовольно проронила девушка. – Ты подверг нас опасности.

И чего она злится, не пойму.

Очистив одежду от паутины и спрятав клинок в ножны, Энни отвернула от меня взгляд и продолжила путь.

Крестьяне, освещавшие лес факелами, поспешили за ней, а я ещё раз посмотрел на поверженного мною монстра и решил немного задержаться. С трудом оторвал от мертвого арахнида светящуюся приманку и привязал её веревкой к длинной палке. Получился Посох Света – удобное средство освещения, которое никогда не угаснет, единственным минусом была кислая вонь.

Прошло шесть часов, прежде чем Энни объявила привал.

– Остановимся здесь, – скомандовала она. – Треть леса мы уже преодолели.

Дальше путь будет только опаснее, поэтому постарайтесь хорошенько отдохнуть и поесть, остановок больше не будет. Но перед тем, как разлечься на земле, разведите костры. Большой центральный и семь поменьше вокруг него.

– Зачем нам так много костров? – поинтересовался я, считая это лишней тратой сил.

– Свет привлечет к нам непрошенных гостей, а так как мы без него обойтись не можем, стоит осветить как можно больше местности. Это позволит нам узнать, откуда надвигается угроза.

Снимаю перед Энни шляпу, она действительно знает, как выжить в этом лесу. Редко встретишь девушку, которая думает о чем-то кроме своих ногтей.

Не без помощи крестьян быстро собрал хвороста и разжег костры. Хорошо освещенный лес дает ощущение некой защищенности. Как и сказала Энни, мы сразу же узнаем, если кто-то решит нас съесть. Наша группа расположилась у центрального костра и устроила небольшой пикник. Крестьяне охотно поделились с нами сухарями. Отказываться от еды не стал, но, вспоминая подлую уловку гнома, решил убедиться, что в хлебе нет камней.

– Что ты делаешь? – поинтересовалась Энни, глядя, как я крошу сухарь.

– Да так, проверял кое-что, – задумчиво ответил я.

Энни сидит рядом, смотрит в огонь и крепко сжимает флягу с пеплом сестры. Должно быть, ей сейчас очень тяжело, так почему же её лицо не выказывает никаких эмоций? Энни, заметив мой взгляд, убрала пепел в сумку и улеглась на вещи одного из крестьян.