Берсерк

Как мог этот парень подружиться с ними и выжить в битве, где это было почти не возможным, и как он мог оказаться одним из легендарных несокрушимых воинов? И даже если это возможно, то, как им оказался я? Нет я не испытал страха перед свалившейся силой или ответственностью, ничего подобного, что встречалось в переживаниях героев книг. Мне просто было сложно в такое поверить.

- Ты в порядке? – из ступора меня вырвал голос Фальца.

- А? Да все нормально, просто все это так необычно,… словно я оказался в сказке! – меня стало охватывать возбуждение, - а мы поедим в столицу? Я там никогда не был, говорят красиво.

Меня, что называется, понесло. Вопросы сыпались словно из рога изобилия, граф поначалу немного растерялся от такого напора, а потом понимающе усмехнулся, и отцепив от пояса протяну фляжку протянул мне.

- Спасибо - сказал я по инерции и сделал глоток. Это было вино, правда намного лучше того что я когда-то пробовал, но на мой вкус слишком сладкое. Странно, но отпив, я почувствовал себя практически нормально, язык больше не нес всякую чушь, да и в голове немного прояснилось.

- А можно мне немного прогуляться? - самый обычный вопрос, вызвал странную реакцию у графа.

- Можно-то конечно можно, но я бы не советовал, народ сейчас взвинченный после битвы и могут быть неприятности - поглаживая свою небольшую бородку ответил Фальц.

Тут я кое что вспомнил и покраснел от стыда.

- А вы не знаете, что там случилось с мои другом? - забыть о единственном друге, даже при таких обстоятельствах было большим свинством.

- Ваш друг жив, он потерял руку, но его жизни, ни что не угрожает - незамедлительно ответил Фальц.

Вот так. Не быть ему бардом, не играть на лютне, а ведь я уже предвкушал как войду, объявлю что стал легендой и жду песен о своих будущих подвигах.

- А можно мне его проведать? - граф, словно ожидал этого вопроса.

- Лучше бы вам оставить эту затею в покое. Не думаю. Что после случившегося он пожелает вас видеть - отведя взгляд в сторону, сказал Фальц - Вы не виноваты в случившемся, берсерки зачастую не различают в бою кто свой, а кто нет.

Мое сердце замерло, во рту стало сухо, с трудом проглотив застрявший в горле комом слюну, я спросил:

- Что я сделал?

- Когда бой уже был окончен, он поспешил к тебе и попытался помочь, но ты еще не отошел до конца и оторвал ему руку.

Едва прозвучали последние слова, как в моей памяти прорезалась картина.