Берсерк

Работой нас особо не загружали, давая отдохнуть, но и не позволяли праздно шататься, то тут, то там, возникали мелкие проблемы и нас отравляли на их устранение

Даже хорошая пища не помогла справиться мне с унынием, передавшимся мне от Салека, и мы были не одиноки в это чувстве

Вечером, опустившись на лежак, я долго не мог уснуть, мучимый невеселыми думами

- Салек – шепотом обратился я, – мне страшно

- Не тебе одному – так же шепотом ответил мне он, – ты прости меня, что я испортил тебе настроение

- Да ладно – тихо отвечаю ему, – и ты меня прости за то, что наорал

- Хи-хи-хи – стал вдруг давиться смехом друг

- Ты чего? – обеспокоился я

- Да, хи-хи, просто вдруг понял, хи-хи, что мы как в балладе, хи-хи, прощаемся, хи-хи-хи

После секундного замешательства мне стало понятно, о чем вел речь Салек и тоже стал хихикать с ним вместе

- Да заткнитесь вы наконец!!! –крикнул нам кто-то из темноты – Дайте поспать нормально! Выкидыши мамаши Брукха

- Чшшш – приложив палец к губам сказал я, и мы снова прыснули от смеха

- Если это не прекратиться!.

.. – начал один голос, а продолжил другой, - То набьем вам морды

- Что бы спалось лучше – закончил третий

Как ни странно. Но это подействовало, и мы затихли, а потом пришел сон

*

Резкий вой горна толчком выбросил меня из сна. Привычка, въевшаяся уже в кровь, сработала раньше разума. Руки сами собой затягивали ремни на одежде, проверяя все ли в порядке. Боевая тревога. Вот о чем возвещал не умолкающий рог. Выскочив из палатки, я схватил свое копье, небольшой круглый щит и подпоясался перевязью с коротким мечом.

Закончив вооружаться, я занял полагающееся мне место в начавшем формироваться строю. Спустя миг, рядом возник предельно серьезный и сосредоточенный Салек. Вглядываясь в лица соратников, я видел те же чувства, кои одолевали и меня. Скрытый страх, решимость и желание покончить с этим долгим ожиданием своей судьб

Как только последний воин занял свое место, Ларс отдал приказ на выдвижение и мы скорым шагом двинулись к начавшему формировать построение легиону.

В царящих густых сумерках, было плохо видно, но наши взгляды до рези в глазах всматривались вдаль, стараясь увидеть объявившегося врага

Не перестывающий играть, известные лишь офицерам команды, горн, тревожил душу. Не в первый раз мы поднимались по боевой тревоге, но, то было в лагере, когда была уверенность в том, что это учения, но теперь… такой скорости и четкости построений мне раньше видеть не приходилось.