Кастор Прайд. Хохот шута

Тем более, что сейчас любая остановка могла быть расценена как слабость. Ведь город-храм стоял практически на самой границе с Шираз Донаром.

Шираз Донар. Им пугали несмышленых детей, самоуверенных подростков и украшенных шрамами воинов. Про него слагали легенды, но они редко становились кошмарнее правды. В него шли за мечтами, а уходили с израненным телом и потерявшей разум головой. Если уходили, конечно.

Древний лес, обитель старших тайоров и поклоняющихся им полудиких племен. Приют изгоев, пускай и недолгий.

Однако последний вариант в нашем случае был, увы, не приемлем. В этой связи, я со вздохом посмотрел на темно-синий куст с крупными, блестящими словно агаты ягодами. Это был крон-тахир первый предвестник Шираз Донара. Совсем скоро под ногами начнет шуршать густой, серый мох, а тяжелый, влажный воздух заполниться бледным туманом.

- Ненавижу, - голос цверга был непонятно напряжен.

- Ты чего завелся, Серебро?

- Да вспомнил вдруг, - Дамми горько усмехнулся. – Тогда, полтора века назад именно здесь вскрыла себе вены наша победа, – он с болью прикрыл глаза. - Сквозь Алир и Казар Донар мы прошли как раскаленный кинжал. Тайоры отступали, будто мокрые крысы. А потом мы ворвались сюда. А вот вырваться уже не смогли. Шираз Донар держал крепко. Я сам выжил лишь милостью крови.

Я молча кивнул. Могло показаться, что этот совет был лишним, но это не так. В Шираз Донаре подобные советы никогда не бывали лишними. Ибо здесь было достаточно ошибиться один раз. А порой не нужна была и ошибка.

Через час мы полностью погрузились в сумрачные владения Древнего леса. Сумрачные, но все же странно красивые. Той особой, присущей страшным сказкам красотой. Красотой танцующих вальс призраков, зацелованных ночным ветром надгробий, застеленных тьмой чащоб.

Болезненные, изломанные иссиня-черные деревья источали тревогу и нереальность. Медленный, жалко хромающий ветер желал лишь одного, - чтобы его дождались. Огромных размеров насекомые при должном везении запросто могли откусить половину носа. А впереди в истеричной темноте ждал тот самый кошмар. Тот, о котором не вспоминаешь пока он не вцепиться тебе в душу.