Перерождение. Новые земли

 А если вдруг чего случится, что вряд ли, Элви разбудит, так что, опасаться особо нечего.

В этот раз мне ничего не снилось. Может, я слишком устала, или просто не запомнила сна. В любом случае, проснувшись, я поняла, что мне хорошо, и совсем не хочется двигаться или куда-то идти. Зачем уходить, если здесь так удобно и, я даже сказала бы ‒ комфортно. А ведь это, в наше-то время, явление редкое и даже роскошное.

За окном еще царила ночь. Сквозь стекло виднелось черное небо, усеянное тысячами жемчужин звезд, складывающихся на нем в необычные узоры.

Тихо чихнув, я отодвинула руку обнимавшего меня брата, и двинулась к возникшей проблеме, решив закрыть раму, пока не заболела. Ориентироваться в темноте было довольно легко. Вроде и не видно ничего, но, немного проморгавшись да пообвыкнув, я начала различать очертания предметов. Впрочем, я все же споткнулась обо что-то и едва не упала, но вовремя ухватилась за плечо сидевшего в кресле Элви. Тот взглянул на меня пустыми, светящимися бледным светом глазами и снова отвернулся в сторону двери.

‒ Проснулась? ‒ сонно пробормотал Ник и зашуршал на диване.

А ведь я только сейчас заметила, что снова могу слышать. И когда окно было открыто, снаружи ведь вовсю пели ночные насекомые.

‒ Думаю, мы достаточно отдохнули, ‒ аккуратно обойдя стол, я села на диванчик рядом с парнем.

‒ Твоя правда, ‒ он протяжно зевнул и сел рядом. ‒ Еды не предлагаю, нужно экономить, так что сейчас немного придем в себя и потопаем в подвал.

‒ А что со светом?

‒ Да вроде должен быть, но, если что, у меня фонарики есть, еще должны работать, ‒ Ник запустил руку в инвентарь и вынул оттуда два небольших фонаря. Проверяя, он пустил пару лучей света в стену и тут же бросил фонарик мне.

Не то, чтобы агрегаты были такие уж мощные, скорее наоборот, светили они неярко и совсем не далеко. Но в любом случае, это лучше, чем ничего.

Выйдя из кабинета, я буквально оцепенела на пороге. Окружающая темнота казалась всепоглощающей.

Облизнув пересохшие губы, я не могла заставить себя сдвинуться с места. Окаменевшие ноги будто налились свинцом. Невольно задержав дыхание, я вслушалась в окружение, но стук собственного сердца и чувствительная пульсация в висках сбивали с мысли.

Там, снаружи, меня до ужаса страшила эта темнота. Казалось, вот-вот из нее появятся толпы проклятых или мертвых.