Я что, враг главного героя?! Том 1 и Том 2

Учитывая его полупрозрачность — смотрелось более забавно, нежели грозно.

— Да как ты смеешь… Мы!.. — Игорь сжал кулаки, задыхаясь от злости, но я его перебил:

— Кто вы-то? Ты один здесь, нахрен! Один! Твоего рода нет тут! Тебя забраковали твои же Синицыны! И ты мне ещё будешь втирать, что вы охренеть какие благородные?! Твой род уже опустился, когда выпер тебя из дома! Поставил свою сраную честь и свою поганую кинетику выше тебя! Или я не прав? Тогда разубеди меня, что ли. Или засунь своё раздутое самомнение в жопу и не доставай!

Меня прорвало.

Хотя он же персонаж боярки. Причём, вроде как, отрицательный. Ему положено быть заносчивым и горделивым засранцем, таким уж его прописал автор.

Синицын смотрел на меня, не моргая. Долго смотрел. Я отвечал ему тем же, но у меня отчаянно заслезились глаза. И моргнул первым. Всё-таки я это делал из вредности, а Игорь — из-за праведного гнева.

Будь он материален, имей он возможность хоть что-то со мной сделать — непременно повёл бы себя иначе.

Уверен на сто процентов — я бы валялся в каше из своей крови и зубов. Потому как мои слова били в самое больное место.

Но Синицын был духом, бессильным против плоти. Ему пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

Ледяным голосом, не терпящим пререканий, он сказал:

— Да, меня выставил на улицу мой род. Да, из-за того, что я имею не те силы, которые от меня ожидали.

Я сидел и молчал. Похоже, что гордого аристократа тоже прорвало — мешать изливать ему свои мысли и эмоции я не собирался.

Потому что знал, что был слишком резким в своих словах. Непростительно резким.

Игорь продолжил изливать замораживающую всю комнату ярость:

— Но это мой род. И если я буду ему нужен — то незамедлительно приду на зов. Плебею вроде тебя не понять всю силу кровных уз. Но тебе придётся. Раз уж ты оказался на моём месте, ты обязан прочувствовать значение родства.

Да я в курсе, что значит родство. Просто мог слегка подзабыть. Всё же я один жил больше пяти лет. И с огромной радостью бы променял это время на хотя бы ещё одну минутку с матерью. Эх...

— Извини, вспылил, — ответил я наконец Синицыну спустя полминуты молчания: — Я знаю, что значит родство. Но тебе всё же стоит провести границу между ними и собой. Даже если вы одного рода.

В комнате повисло молчание.