Я что, враг главного героя?! Том 1 и Том 2

Так что в принципе понимал, что что-то там может нажаться, после чего меня ужалит в задницу пуля. Будто мало мне проблем!

Спустя минут двадцать петляния между домами я выдохся и перешёл на шаг. Но всё ещё опасался оглянуться. Шёл как робот и тяжело дышал.

Синицыну же повезло в этом плане. Он не уставал, просто нёсся рядом со мной, пытаясь порой окликнуть. Но как только он останавливался, его подхватывал невидимый барьер и толкал вперёд.

Игорь быстро освоился с этой неприятной данностью своего нынешнего существования — сложив руки на груди, он просто летел следом и, кажется, наслаждался таким вот “полётом”.

— Всё уже, можешь успокоиться, плебей, — слова Синицына звучали насмешкой. Во-первых, я и так спокоен. Во-вторых, останавливаться сразу после пробежки вредно для здоровья.

— Да я и не нервничаю, — ответил я и с улыбкой посмотрел на своего спутника. И рассмеялся. Синицын захохотал в ответ.

Через минуту нас отпустило. Но радость никуда не делась. Мы живы — это главный повод. Второй повод — мы не допустили чего-то ужасного.

В масштабе мира это ничто, но совесть наша чиста. Ну и третий повод для радости — нам даже не придётся объяснятся перед старшими в клане. Всё можно свалить на Журавлёва. Те два подонка вряд ли выживут. А даже если им и улыбнётся удача — валяться им в больнице месяц-другой.

Отдышавшись как следует, мы направились домой. Хватит с нас этого всего, пошло оно куда подальше. Нужна горячая ванна, чашечка кофе — или что там есть у меня дома.

Только бы гостей не было. От компании Ласточкиной я бы, впрочем, не отказался.

С ней было как-то уютно, хоть она и излишне суетливая да заботливая. Прямо как моя матушка, земля ей пухом.

Но уж всяко лучше Гагариной, которая зажарит до хрустящей корочки просто потому что. Ладно, возможно я был с ней слишком фамильярен, даже развязен. Но это не повод бить меня током!

— Надеюсь, на сегодня нам больше ничего не уготовили, — озвучил я свои опасения Синицыну.

— Было бы очень неплохо. Меня уже начинает раздражать эта канитель.

До твоего появления было поспокойнее, — и его понесло.

Он рассказывал, как здорово и весело ему было последние месяцы. Пусть даже он и разругался с семьёй, пусть ему строили козни соклановцы — но всё шло как нельзя лучше. Он мог с этим справится.

Ходил, бил морды врагам, договаривался с союзниками, угрожал владельцам мелкого бизнеса в своих кварталах, обеспечивал беспрепятственный провоз всяких вещей через свои территории, кое-как уживался с представителями закона.