Разлом

Вожак сверлил меня недоверчивым взглядом, всем видом показывая, что чужаку здесь не рады. Алариэль ловко соскочила с волка и, любя, потрепала зверя по загривку.

- Странник переночует у меня, - ее голос острым кинжалом разрезал, повисшую тишину.

- Нет, Алариэль, чужакам здесь не место, - сквозь плотно стиснутые зубы процедил Кельвар, не отрывая от меня хмурого взгляда.

Женщина чмокнула своего волка в морду и развернулась лицом к присутствующим.

- Он сильно ударился головой, когда ты напал на него. Странник не помнит имени, откуда пришёл и куда держал свой путь.

Считаешь справедливым выгнать его в разгар зимы плутать по снежным барханам?

- Это не моя забота. Пусть передохнет, а поутру убирается отсюда.

Она хотела было возразить, продолжая сыпать аргументами, но вождь поднял ладонь вверх, призывая хранить молчание и Алариэль почтительно склонила голову.

- Идём, - прошуршал ее голос за моей спиной и я, прервав зрительный поединок с местным лидером, шагнул вслед за ней. Возвращение всадников привлекло внимание остальных жителей поселения.

Чумазые дети пугливо выглядывали из-за мам, женщины жались к мужчинам. Худые, осунувшиеся лица и большие голодные глаза - вот, что я видел.

- Охота не удалась? - с надеждой спросил у Алариэль один из жителей, оказавшийся ее соседом по дому.

- Нет, Белег. Поспеши, Кельвар раздаёт последние запасы, - женщина толкнула скрипучую деревянную дверь и шагнула внутрь своего жилища, поманив за собой. Белег глядел на меня с той же долей недоверия, что и их вожак, не двинувшись с места, пока я не захлопнул за своей спиной дверь.

Темно и холодно. Свет льётся из щелей в стенах и двери, оттуда же тянет уличным морозным воздухом. Пока глаза привыкали к темноте, пытаясь выхватить очертания скоромной обстановки, слух уловил стук камней. Алариэль довольно быстро высекла искру и в центре комнаты вспыхнул очаг. Все пространство заволокло хвойным дымом, а огненные блики заиграли на бревенчатых стенах, кое-где завешанных шкурами животных.

Сколоченный из досок стол, заставленный глиняной посудой и тканевыми мешочками, гирлянды сухих трав, натянутые над головой, небольшая лавка и настил в углу, служивший местом для сна, - вся небогатая обстановка жилища.

Крыша над головой есть и ладно. Бывало и хуже. Только непонятно, как могут эти люди обитать в таких условиях, когда в сотни метрах возвышается, пусть и разрушенные, но все же высотки. Поразительные контрасты с трудом укладываются в голове.