Пленник

Возвращаться запрещает, но и уйти не дает. Кошчи скрипнул зубами, всем телом ощущая беспокойство Софии за жизнь принца.

– Ну это мне! Какое дело Хозяину до жизни несчастного смертного? А вот тебе должно быть интересно, – процедил он, ощущая ненависть и к принцу, и к самому себе. – Если, конечно, хочешь спасти его жизнь…

– Спасти? – София оживилась. – Чем я могу ему помочь?

– Я видел, как ты смело воевала в лесу, – Кошчи вспомнил сцену с обращением гордого горного народца к действительности. – Ты победила мага из Насада.

Как ты думаешь – почему?

– С некоторых пор, – задумчиво объяснила девушка, – со мной происходят странные чудеса. Люди верят, что я – колдунья. Но я сама ничего не делаю… словно кто-то действует через меня. Я лишь направляю поток в нужное русло.

– Поток? – приподнял бровь Кошчи. Он хотел, чтобы София и сама догадалась, что же это за загадочный «поток».

– Да, – рассеянно кивнула та и помялась: – Я не знаю, как еще объяснить. Порой… не всегда, – меня словно омывает водопад некой силы.

Она проходит даже сквозь меня! В такие минуты я ощущаю страх и одновременно невероятный восторг. За спиной словно вырастают крылья, и кажется, что я – все могу! Но этот краткий миг проходит, и я снова становлюсь никем. Но постепенно я научилась управлять потоком, вызывая его, когда надо…

София вдруг нежно улыбнулась и протянула руку к Кошчи, словно хотела коснуться его лица. Пальцы её осторожно дотронулись до прозрачной поверхности стены, по которой, словно по воде, тут же разбежались круговые волны.

– Стоит лишь подумать о тебе, – тихо произнесла она. – Может, это сила истинной любви?

Хозяин понял, что переоценил свои силы. Душу раздирали противоречивые эмоции: сердце кричало о бесплотности его страхов, а разум доказывал обратное. Сладкие картины возможного счастья безжалостно разбивались об утес жесткой логики. Но, тем не менее, с девушкой случилось невероятное: сила мертвой воды отзывалась на ее чувства! Ранее он считал, что София просто не может не источать силу – вода, просочившаяся в нее, руководит возможностями тела.

Как он ошибался…

– Нет, – Кошчи покачал головой и отступил, словно опасаясь горячего прикосновения руки Софии. – Это не так! – Глаза его стали пусты, как пепелище после пожара. Он словно убеждал сам себя: – Это

моя

сила пробуждается в тебе при воспоминании о Хозяине! Глупая. Это

я

действую через тебя!

Кошчи презирал ложь, справедливо рассуждая, что обманывают лишь слабые.