Кругом одни оборотни

Бренд захлопнул дверь и, за неимением лучшего запора, наискось вонзил в мягкое дерево свой кинжал, намертво пригвоздив створку к косяку.

— Сюда!

Обадон махал рукой от окна в конце коридора.

Бренд подбежал к нему. Прямо под окном находилась крыша конюшни, в которой бились обезумевшие от страха кони. Чуть высунувшись из окна и повернув голову, он увидел, как по залитому яркими лучами ночного светила двору, прилегающему к зданию корчмы, кружат не менее пяти монстров, подобных тому, что крушил сейчас дверь, через которую они только что проскользнули.

— Что будем делать, Обадон?

— Думаю, нужно пробираться в конюшню через крышу, а потом по коням и...

— Ты прав. Удираем. И, чем быстрее, тем лучше. По-моему, дверь его надолго не задержит.

— Тогда я пошел,

Обадон вскочил на подоконник и вдруг остановился.

— Странно, — сказал он, повернувшись к Бренду.— Я был уверен, что отрублю ему голову. Удар был точен, а клинок отскочил. Это кифиотская ковка и сабля меня еще ни разу не подводила.

— Да, странно, — согласился Бренд, взглянув на по-прежнему тихо гудящий в его руке Арендир.

— Но может изделию эльфийских кузнецов повезет больше? А пока поспешим...

Проникнуть в конюшню оказалось гораздо легче, чем могло бы показаться с первого взгляда. Как только ноги султана коснулись крыши, прогнившее перекрытие с треском проломилось, и Обадон провалился в образовавшуюся дыру. Не раздумывая, Бренд прыгнул за ним.

Внутри конюшни царила гнетущая смоляная тьма, которую лишь немного нарушал свет Старшей Сестры, пробивающийся сквозь пролом в крыше.

Приземлившись на ноги, Бренд увидел катающийся по полу клубок, сцепившийся в смертельном объятии.

«Мальчишка конюх тоже превратился в зверя, — пронеслось у него в голове. — Вот почему так бесновались кони. А теперь он принялся за Обадона.»

Когда дерущиеся выкатились в пятно лунного света под проломленной крышей, Бренд увидел, что Обадон успел вставить саблю в пасть бросившегося на него хоть и не крупного, раза в два меньше того, который вышел из хозяина постоялого двора, но свирепого оборотня и теперь двумя руками удерживает смертоносные клыки на безопасном расстоянии от своего горла.

При этом остававшееся у него грозное оружие когти зверь использовал как-то странно, нанося неуверенные удары в грудь и живот султана Збедоши, но отдергивая лапу всякий раз, словно обжигаясь.

Впрочем, долго размышлять над причиной загадочного поведения зверя не приходилось. Пришла пора испытать на оборотне эльфийский клинок.