Ардан-I. Пробуждение Ваирагии

Скорее бы добраться до горного храма…

***

Зирани украдкой бросает взгляды на простолюдина, который сидит в стороне ото всех и не обращает ни на кого внимания. Даже от наставницы отвернулся. И что учитель Эяла в нём нашла? Нет, Гиртан, конечно, молодец — боролся до конца и прошёл испытание, но он… простолюдин. Безродный. Один из тех, кому суждено прислуживать. Обычный человек, которому повезло пробудить дар. И… Откуда у такого деньги на обучение в Ордене Хранителей? Тем более в одном из лучших храмов восьми королевств? Видимо, у мальчика есть какой-то могущественный покровитель, но даже если… Да откуда таковому взяться?! Будь это действительно так, у Гиртана была бы хорошая одежда, а не это пропылившееся старьё! Зирани невольно морщится…

Она была первой, а он — последним, но больше всего внимания досталось ему, а не ей! Только потому, что Гиртан боролся до конца? Потому, что удивил всех на испытании? Потому, что безродный и будет учиться наравне с детьми богатых и знатных семей? Зирани злится от подобных мыслей и нервно наматывает рыжий локон на палец.

Девочка глубоко вдыхает, выдыхает, и вместе с этим к ней приходит спокойствие. Уроки у мастера фехтования Тимро, у которого Зирани занималась вместе со старшим братом Зито, не прошли даром. Пусть она вторая дочь и не может претендовать на королевский престол, пусть и принцесса Эриоса, с которой слуги пылинки сдували во дворце, но в душе Зирани чувствовала, что она — воин.

Да, девочка вполне могла постичь магическое искусство в королевском магистрате, но там делают упор на стихийный дар. Найти баланс между магией и воинским мастерством она сможет лишь в Ордене Хранителей. А другой путь — это для брата. Ему быть королём, но это произойдёт не скоро. Брат всего на шесть лет старше, а отец — Его Величество Элато Дан-Альнайд — будет править ещё долго. Он ведь тоже маг, а маги стареют медленнее.

«Его Величество Зито Дан-Альнайд, — Зирани, представив брата на отцовском троне, усмехается.

***

Ночь опустилась на горы. Мерцает призрачным светом небесная дуга. Ксамин — первая луна — тусклым медным серпом поднимается из-за вершин, еле освещая плато, на котором стоит повозка с лошадьми. Среди скал в углублении потрескивает костёр, сверху каменным козырьком нависает гигантский валун, укрывая от ветра трёх хранителей и семерых учеников.