Руины Древних: Пустынный замок

Через полгода наша деревня попала под волну магических животных, Лиана погибла под копытами и лапами тех монстров. Благодаря жертве духа, практически все выжили, но семьям пришлось разойтись по разным городам. К счастью, клан Огненного лотоса взял на себя ответственность, так как именно битва их учеников спровоцировала монстров. Мы с дядей Яваром присоединились к ним: он не состоял ни в какой организации, а мне приказал помалкивать.

К сожалению, дядя Яр был одним из тех, кто не пережил нападение. Он до последнего помогал детям и старикам покинуть окруженную деревню.

Несмотря на плохое здоровье, он не сдавался до последнего. Как позже мне сказал Явар: «Ему оставалось недолго, он решил променять свои последние месяцы на пару десятков других жизней». Да, жители Хины верили, что, помогая другим, ты оставляешь частичку души в них.

Дядю Яра хоронили все жители деревни. Последние пристанище он обрел рядом с Лианой рядом с первым камнем деревни. Я лично посадила на могилу цветы.

У дяди Явара был ещё сын и сестра, но они, как Яр ранее, скитались по континенту.

Через несколько дней после похорон Яра, мы, оставшись вдвоём, отправились в Огненный лотос.

В клане дядю Явара приняли с распростёртыми объятиями: кому не нужен первоклассный кузнец? К счастью, в тот момент было ещё рано говорить о моём магическом потенциале, поэтому меня приняли как родню ценного члена. Само собой, это всё происходило далеко не в главном штабе клана, а в одном из городов, находящихся под его опекой. Собственно, в Учкуне я прожила оставшиеся шесть лет, но и они были чрезвычайно увлекательными.

Во-первых, когда мне было девять дядя нашёл себе красавицу-жену, и я была дара за него. Однако той девушке не хотелось жить с чужим ребёнком. Даже тогда мне было это понятно, кто захочет делить дом с девочкой неизвестного происхождения. Я не была родным ребёнком Явара, более того его племянницей меня назвать было сложно. К слову, дядя Яр до самой смерти не рассказал ни мне, ни брату, кем были мои родители.

Как бы то ни было, мне очень нравилась Ирен, она всегда улыбалась дяде, и на его лице чаще стало появляться радостное выражение. Иногда я видела, как женщина защищала «деревенщину» перед своими подругами, за Явара она стояла горой. Ирен смирилась с моим присутствием, и они с дядей сыграли скромную свадьбу под конец весны. Через полгода Ирен забеременела, у меня мог появиться братик. Я изо всех сил помогала по дому, но это никак не делало атмосферу в доме теплее.