Тень Буревестника. Часть 1

Тряхнуло ещё сильнее. Сверху посыпались куски камней, а пара сталактитов обломилась, стремительно рухнув вниз; кого-то зацепило, раздался крик боли. Пол трясло так, что казалось, потолок вот-вот обвалится. От пылающей в полу воронки в две стороны поползли трещины. Стремительно разрастаясь, они разделили пещеру надвое огромной расщелиной. По одну сторону оказались Львёнок и оратор с двумя прислужниками, по другую – толпа фанатиков. Неожиданно, как по команде, всё стихло.

Колдовской огонь горел беззвучно, пещеру окутала зловещая тишина.

Вдоль краёв разлома плясало зеленоватое пламя, оно выросло до размеров крепостной стены и, казалось бы, теперь лизало языками высокий потолок. В сердцевине расщелины, там, где была воронка, огонь приобрёл форму врат. Из глубин пропасти поплыл медный гул. Гигантские створки, треснув посерёдке, медленно поехали в стороны. 

Львёнок с ужасом смотрел на то, как огненные врата расщепляются на две части. За ними скрывалась нетленная, вездесущая, изначальная Тьма. Оратор и двое прислужников, словно статуи, взирали на происходящее, не видя ничего вокруг себя.

Вор, поднявшись на ноги, попытался бежать, но один из прислужников сбил его с ног.

– Далеко собрался, Мотылёк? – силуэт оратора на фоне зелёной стены размывался тёмным пятном. – Ты первым воочию узришь величество Рагзоса!  

Наниматель (а это оказался именно он) поволок вора к Вратам. Львёнок пытался сопротивляться, но у палача оказалась железная хватка; дотащив жертву до границ пропасти, он остановился. От зелёного огня вместо жара шёл обжигающий морозом хлад.

   

– Гори огнём, Мотылёк! Отдай его Властелину!

Наниматель встряхнул брыкающегося Львёнка и спихнул его с обрыва. Подавившись криком, вор полетел навстречу вратам, но тут же внутренности, словно арканом, сдавили невидимые тиски. Мир дёрнулся в обратную сторону, и Львёнок, словно вытянутая из водоёма рыба, повалился на каменный пол. 

Позади кто-то взревел, кто-то закричал и ослепительно сверкнуло. По ушам ударил раскат грома, и рядом с вором рухнул наниматель.

В ноздри врезалась вонь палёного мяса и волос; по исходившему жаром телу, будто сотни паучков, бегали разряды голубых молний. 

Лео поднял голову в тот момент, когда второй прислужник в чёрной накидке вновь атаковал: вскинув руки, он ударил потоком ураганного ветра по оратору. Тот, размахивая конечностями, пушинкой взмыл вверх. С глухим стуком врезавшись в бугристую стену, оратор безжизненным кулем рухнул на пол. Стихло.