Тень Буревестника. Часть 1

Это похоже на летаргический сон, когда все жизненные показатели отсутствуют из-за перенесённой организмом травмы – кровоизлияния в мозг, поражения молнией, переохлаждения тела или злоупотребления наркотиком. В случае с тобой катализатором «забвения» послужили чары иссушения, вызвавшие в твоем теле черезмерную нагрузку и, как следствие, погрузившие тебя в сон на грани смерти.  

– Но я ведь жив. 

– Угу.

– И умирать не собираюсь. 

– Ты это к чему? 

– К тому, что… Хм.

– Что? – опешил Стефан. – Забавно? Что тут забавного?!

– Всё тут забавно, Стеф, – вор подмигнул другу и загадочно улыбнулся. – Помнишь ту песню? «Кому-то жить – не поле перейти, кому-то жить – лишь повод улыбнуться!»

– Ты – неисправимый дурак, Лео.

Неисправимый дурак жизнерадостно рассмеялся, подошёл к другу и хлопнул его по плечу.

– Эх, Стефан, дружище! Сколько лет мы не виделись? Больше года? А тут сразу такое устроили – ух! Будет, что вспомнить.

– Почти два, если быть точным. – Стефан кротко улыбнулся в ответ. – Мог бы и сообщить, что возвращаешься. Последнее твоё письмо пришло из Люрана ещё в начале лета. 

– А как сообщить-то? Прийти в Башню и попросить господина Модеру на пару слов? Я собирался найти тебя, как только выпала бы такая возможность. Да и не хотелось мне писать о том, что возвращаюсь. Мало ли, в чьи руки письмо могло бы попасть?

– Рассудительно.

– Ага. Работать на Аконит я начал ещё в Люране. Но потом так сложилось, что меня уже ждали в столице.

Лео вспомнил про убийство Мухи. Смерть заказчика. Потерянную книгу. Помрачнел. 

– У меня серьёзные проблемы, дружище. 

– Насколько серьёзные?

– Слыхал шутку, мол, короли ходят по-большому исключительно в чистом поле? Дабы на целую милю в округе не было ни единой души, кто мог бы прервать королевскую особу во время столь священного процесса? Так вот, мои проблемы размером больше, чем горшок его величества.

Львёнок в двух словах рассказал про смерть Мухи и драку в трактире с людьми из Синдиката. Стефан нахмурился, попросил повторить подробнее про Муху, а конкретнее – про его таинственную кончину. Затем надолго замолчал.

– Так, значит, это тот самый Фальвиг Манс по прозвищу Муха? – наконец переспросил маг.