Ужас пологих холмов

В целом все было в порядке. Если не считать двух-трех сморенных сном мечников-часовых, но к подобным вещам Лучник давно уже относился спокойно и снисходительно. Растолкав и строго отчитав провинившихся, он покинул лагерь и вышел на обрывистый берег реки. На противоположном берегу, в каких-то паре десятков шагов шумно сопел, фыркал и топтался многоногий и многоголовый зверь — табун строевых лошадей.

Этой ночью охранять табун выпало следопытам и поэтому Бренд, хотя и достаточно доверял каждому из них, предпочел подстраховаться.

По едва приметной звериной тропке он спустился к берегу и вошел в брод, найденный его людьми вчера вечером.

До противоположного берега оставалось пара шагов, как вдруг откуда-то из-за сгрудившихся тел лошадей донесся приглушенный вскрик, перешедший в хрип, и тотчас же огромная масса табуна пришла в движение и рванулась прочь от реки.

В мгновение ока выскочивший на берег Бренд различил в густом мраке тени всадников, беззвучно подгонявших, направлявших и формировавших поток конских тел северо-восточном направлении.

Кроме топота копыт и редкого ржания не было слышно ничего. Конокрады действовали весьма профессионально.

Крадучись, как пантера, Бренд кинулся к ближайшему из молчаливых всадников. Тот, увлеченный своей надо полагать любимой работой, не видел ничего вокруг, пока цепкие пальцы Лучника не сомкнулись вокруг его горла. Он так и не успел сообразить, откуда пришла смерть, когда Бренд, сдернув безжизненное тело с коня, не давая опомниться, придавил коленом к земле и дважды вонзил кинжал в грудь.

С земли еще доносился слабый хрип умирающего, а Бренд уже сидел в седле и, выхватив меч, мчался к следующему вору. Позади, за рекой просыпался встревоженный лагерь.

Второй застигнутый врасплох всадник также не имел времени приготовиться к смерти — удар меча прошел наискось сквозь кожаную куртку и застрял в позвонках. Бренд потерял равновесие и едва не вылетел из седла, но, натянув повод вставшего на дыбы коня левой рукой, сумел удержать равновесие и высвободить клинок.

Умирающий конокрад успел громко вскрикнуть прежде, чем свалился с седла под копыта коней, и его крик послужил сигналом о провале остальным. Не скрываясь более, они с громкими криками и визгом погнали в степь украденный табун. Бренд помчался за ними вслед, не раздумывая и не дожидаясь подмоги.

Вскоре похитители заметили одинокого преследователя. От группы отделился один всадник и, удерживая разгоряченного коня на месте, ждал Бренда на склоне холма.