На останках мирозданья-1: пришествие зари

Были: и античные толстые колонны, редкие чернофигурные вазы, бюсты давно почивших диктаторов. Красота до боли. Всё изобиловало богатством, настолько, что вызывало отторжение.

— Орион… Зачем пожаловал?

Герой поморщился. «Вот опять». Сегодня каждый так и норовил обратиться прозвищем. Знали бы они, как надоело слышать треклятое имя из раза в раз.

— Кедалион, — цедя, Макс посмотрел на развалившегося в кресле увальня. — Раз пришел, ты уже должен знать причину.

В двенадцати шагах, за лакированным столом сидел покатый толстяк.

Сбитый, грузный, он смотрел на Макса исподлобья. Жирные брови практически закрыли его веки. И тем не менее, единственный крохотный уголёк смотрел чётко и точно.

Отодвинувшись, мужчина отвернулся и начал перебирать жгутиками коротеньких пальчиков по полкам кабинетной библиотеки. Макс решил, толстяк захотел что-то показать, однако, сколько ни ждал, тот не спешил оборачиваться. В какой-то момент он и вовсе, словно позабыв о его присутствии, вновь умастил крупные бедра на резные дуги, принявшись беззаботно чиркать в бумажках.

Не выдержав, Макс нарушил тишину:

— Назови хоть причину! Неужели решил, коли я не вмешиваюсь, то не знаю, чем ты тут промышляешь, а, господин «Босс»? Рекет, грабежи, угон, разбои — Ладья преуспела в множестве отвратных дел. Тем не менее сейчас вы перешли черту. Твои ребята еще никогда не действовали столь необдуманно. Ты вообще головой думаешь?

Кедалион снова смолчал. Это уже начинало раздражать. Только спустя полминуты, наконец поднявшись и выйдя из-за стола, толстяк произнес сухо чавкающим голосом:

— Смешно… Столько всего произошло, а ты всё тот же.

.. Макс, — он впервые посмотрел герою прямо в глаза. — Рад, что ты меня наконец навестил, но теперь лучше уходи. Ответов здесь нет.

По крупной спине пробежала легкая оторопь. Боль, кровь, трудности, хребет от которых надломится даже у титанов: специальный отряд союза преодолел многое. А теперь… Он уже давно знал, что бывший член его группы изменился, но, увидев воочию, Макс не мог сдержать эмоции.

В былые дни он с легкостью доверял тому тыл. Тогда еще щуплому мальчугану. Теперь же он будто находился в дурном сне. 20 лет прошло. И всё же…

— …Не понимаю, — герой тряхнул головой. Нервы его накалялись, как высоковольтные кабели. — То ты уходишь, не попрощавшись, то объявляешься, разукрасив кисти знаками банды. Для чего это всё?

Кедалион всё так же неотрывно глазел вдаль. Тем не менее, от сказанного будто что-то в его фигуре неуловимо дëрнулось.

— Уходи..