На останках мирозданья-1: пришествие зари

Всего этого уже хватало чтобы вбить последний гвоздь в доску гроба любому, но Вира была куда сильнее прочих. До глубины души ее потрясло иное. Утратив все, он притом сохранил одно, еще в прошлом досаждавшее деве до зубной боли. Нрав - не сгибаемый, ни чем на свете непоколебимы. Этот скверный характер все также оставался при нем. Лишь прочее канула в лету, норов же остался. Вбив что либо в голову, Ид никогда не отступался. Только смерть была способна вразумить его, но и она теперь бессильна. На заре вечности его беспринципность даже привлекала Виру.

Но, сквозь года, сейчас она лишь напоминала сколь слаба на самом деле девушка была.

Качаясь из стороны в сторону, журналистка миновала добрую часть центральных улиц. Все сильнее придаваясь дурманящей магии вина, с каждым шагом ее лицо становилось все более пьяным. Искрящиеся глаза перестали сиять, пропала улыбка, щеки налились румянцем, и даже мысли, всегда ясные, заволокло тягучей пеленой. Лишь неуемная печаль осталась с ней.

В безвольном угаре, завернув в одну неприметную улочку, девушка оказалась в окружении трущобного краха.

Грязь, зловоние и безнадега властвовали в подворотнях, крепко отстаивая свои владения.

Ни о чем не тревожась, стремясь еще добраться, Вира понадеялась отыскать и здесь какой бар. К сожалению, рядом ничего подобного не было.Толи валясь с ног без сил, толи просто подражая образцовым пьянчугам из кутежных кварталов Коринфа, ни смотря ни на что, журналистка решила продолжить свой сыск. Тем не менее, не пройдя и середины пути, неожиданно, девушка остановилась.

Будто обретя в сознании прежний свет, она резко обернулась и уставилась куда-то назад.

Ее сердце трепетала, а градус вина уже не столь властвовал над разумам. Предсказывая явление чего-то очень важного, Вира внимательно ждала. И вот «оно» случилось.

Словно нисшедшее по велению, по кварталу вдруг пронеслась дрожь. За секунды алкоголь испарился из крови. Начав соображать, журналистка слегка прижалась к земле. Она внимательно осмотрелась. Тихий ночной город весь гудел: отовсюду лились крики, звенели фасады, дрожали лестничные перекрытия и водостоки.

Как в шторм, внутри торговой столицы Пелопоннеса закипела самая настоящая буря. Еще недавно кто-то наслаждался ночными часами отдыхая в постели, теперь же каждый был вынужден сражаться.

Попав в эпицентр хаоса, Вирента инстинктивно нырнула в подъезд одной из недостроенных многоэтажек. Краем уха, из ближайшего квартала, до нее уже во всю доносились истошные звуки.