На останках мирозданья-1: пришествие зари

Он явился в условленный час и теперь они вдвоем, шли следуя Вириному плану.

Но, по правде, журналистка слукавила. Дело в том, что Вира не знала, что парню нужно. Все разыгранное ей представление, не что иное, как обычный фарс. Лож, во благо, с умыслом и только ради одного.

Это был обман чистой воды. Но, на самом деле, Виренту можно понять. Сам Скиан не знал, чего ищет, а уж кто другой, и подавно, с трудом мог догадаться, чем же является то и где находится.

Вира соврала. Слукавив, девушка лишь хотела провести с Скианом наедине больше времени.

Хотя было ей и что показать. Она действительно желала отвести его в некоторые места, но то было скорее жаждой собственной корысти. Иначе поступить она не могла. Находясь рядом с ним, не имея ничего при себе, дева боялась – однажды она надоест и он вновь уйдет. А ведь Вира так долго искала. И хотя сейчас юноша отличался от себя прежнего, девушка никак не могла снова оказаться в состоянии, постигшем ее в незапамятном прошлом.

Ступая по улице, справа от пары, показалось небольшое кафе.

- Ох, смотри! Может зайдем?

- Что? Н-нет. Лучше пойдем и ты уже покажешь то, что обещала.

- Нуу! Давай зайдем. К томуже, я уже давно заметила. Ты, с самой нашей первой встречи, ни крошки в рот не взял.

- Это тебя не касается.

- Хорошо-хорошо, но я голодна. Уж извини, давай всеже ненадолго заглянем, иначе свалюсь без сил. Кто тогда покажет тебе дорогу?

Обрушившись уговорами, в сочетании с долей шантажа, победа была за Вирой.

Пройдя в заведение, усевшись за столик, они расположились возле окна. Вскоре, к паре подошел официант и принес меню. Заказав из достаточно разношерстного выбора, как местной кухни, так и некоторых представителей других провинций и областей империи, Вира выбрала нечто на свой вкус и отослала работника к поварам.

Пока шли минуты ожидания, девушка украдкой перевела взгляд обращая драгоценное сияния на спутника.

Скиан был все также мрачен. Казалось, он полностью лишился способности улыбаться и сейчас влачил довольно унылое существование. Тем не менее, в глазах Виры он представал иным. В неприветливых чертах, она видела дорогое сердцу, а за маской отрешенного мученика, просматривала, все того же мужчину, которому поклялась в верности на крови.

Наконец подоспели блюда. Водрузив широкие тарелки, перед парой предстало непонятное кушанье.