Гнев Империи I

— Но ты будешь следовать моим приказам точь-в-точь, ясно?

— Разумеется!

— Тогда следуй за нами.

Дальше события стали развиваться стремительно. Вся закрытая часть лицея была поднята по тревоге. Шеренги солдат выстраивались, готовые к погрузке, но вопреки ожиданиям, я в сопровождении двух колдунов отправился не к ним, а к странной машине с лопастями, что стояла на платформе чуть в отдалении от основных построек.

Там нас дожидался ещё один Истинный.

— Михаил Павлович, всё готово к взлёту, — отдал тот честь, тем самым показывая, кто тут выше по званию.

— Тогда не будем тратить время. Нужно эвакуировать принцессу, пока до неё не добрались убийцы.

— Гвардия Его Величества уже направила людей к зданию театра. Думаю, мы пребудем туда примерно в одно время.

Главный кивнул, после чего махнул рукой, и мы стали загружаться в этот странный транспорт.

— Так вот что тогда над нами пролетело, — хмыкнул я, слыша знакомый гул двигателей.

— Что? — спросила Красная, занявшая место рядом.

— Да так, ничего, — ответил ей, и мы начали взлет.

Это было действительно здорово! Странная воздушная машина довольно быстро набрала высоту и устремилась в сторону Петрограда. Под нами стремительно проносились леса, поля, дома и дороги.

— Ты в первый раз летишь на вертолете? — догадалась Пепельная.

— Так заметно?

— Да.

— Держи, — вмешался в наш разговор главный Истинный. Кажется, его назвали Михаилом Павловичем. Маг протянул мне револьвер, который я с легким недоумением принял.

— Нет. Бессмысленное оружие для меня, — покачал я головой и протянул его обратно. — Моя специализация - ближний бой. Максимально ближний. А пистолет или винтовка — это совершенно точно не моё. Даже на стрельбище я очень плохо стреляю, и если буду пытаться, с большим успехом союзника подстрелю, чем врага.

— Ну как хочешь, — не стал настаивать он и убрал револьвер в кобуру на поясе. — Главное потом не пожалеть.

***

“Да’ковале” — это трагическая опера, которая очень нравилась принцессе Лизавете.

Царица оценила его ухаживания, но сам лорд был ей совсем не интересен. Когда его ухаживания стали совсем уж действовать царице на нервы, она решила наказать его, превратив в “да’ковале” - слугу, почти раба.