Двойник Его Высочества

До встречи ещё оставалось предостаточно времени, и пока Ли занимался рутинными делами и отчётами, я решил поговорить с наставником.

— Дядь Игнат, — я обратился к наставнику максимально по-свойски. — Хочу у тебя расспросить кое о чём.

Тот молча поднял на меня взгляд и чуть приподнял густую бровь.

— Ты хорошо помнишь моё детство? Ну, совсем раннее.

— Насколько раннее? — Игнат отложил газету.

— Совсем, — повторил я.

— Стас, ты уже несколько раз пытался завести эту тему, но...

— Я достаточно взрослый для этого. Если ты знаешь что-то, расскажи.

Игнат нахмурился. Конечно, интересы Сигмы и вопросы, которые я задавал, несколько различались, но, возможно, толики информации приведут меня к ответам, что произошло с отрядом. Сейчас я даже не успевал наведаться в тот ночной клуб, пока «под рукой» те, кто может что-то знать, стоит этим воспользоваться.

— Не хотелось бы мне, — Игнат закашлялся, — да и твой отец не делился со мной всем на свете.

— Надо полагать. Но ты почти член семьи, что-то ты должен знать, — настаивал я.

— Когда ты родился, князь ходил мрачный очень долго. К нему приезжали какие-то люди, переговаривались с ним.

Отряд Сигма?! Или не они? Чёрт, как бы спросить... Игнат не поймёт. Значит, отец, как минимум отчасти имеет отношение к произошедшему. То есть он не безмятежно все эти годы думал, что жена просто родила младшего сына, так?

— А кто это были такие? Они приезжали из-за матери?

Это гораздо ближе к тому, что я мог бы спросить.

— Я не знаю, — наставник покачал головой. — Вашу мать я после родов не видел больше недели. Она отказалась ехать в больницу, рожала дома, врачей было много. А потом всё как будто замерло.

— Значит, те люди были не из больницы?

Что-то засосало под ложечкой — может и правда Сигма? Но я не могу спросить, во что они были одеты и как конкретно себя вели. Это мог быть кто угодно.

— Не-е-ет, — Игнат покачал головой. — Странные они были, будто не от мира сего.

Это тоже могло означать что угодно.

— Ты всегда отличался от Ярослава и Владислава. И поведением, и внешностью. Бунтарь, хоть и прилежный ученик. Никогда бы я не мог позволить себе сказать, что матушка тебя нагуляла, боже упаси, от самого императора.

Мне показалось, или Игнат даже слегка начал озираться.