Твари империи (книга 1)

Возле моря, если не считать переправы, простор для маневра был куда больше – дороги ветвились, заглядывая в каждую деревушку, на каждый хутор, не пропуская мельницы, пасеки, сенокосы и пастбища. К тому же здесь чаще появлялись отряды милиции или рейнджеры местной знати, готовые прийти на помощь попавшим в переплет путникам.

– Кибитка быстрее проскочит по имперской дороге, – предположил Дамматрик. – Она мощеная, там не застрянешь в дождь, а мосты есть через каждый ручей. То что Сарненский наполовину разрушен нам не помешает.

– Это если не будет засады, – возразил Оборн. – А тогда скорость не будет иметь значение.

– А что будет? – спросил Ривси.

– Скрытность, – сказал Оборн. – На морской дороге движение более оживленное, но отряд с коротышкой и толстяком обязательно приметят, а приметив не побрезгуют заработать монету, если начнутся расспросы.

– Но на имперской дороге нас тем более увидят, причем загодя, там же всё, как на ладони, если забраться ближайшую на скалу, – возразил Ривси.

– Мы не можем как-то затеряться среди крестьянских возов? – спросил Дамматрик.

– С нашими-то породистыми лошадьми? Да с белой альпортской кибиткой? У крестьян или рыбаков таких лошадей и повозок нет. К тому же бедняков не сопровождают вооруженные всадники.

– Верно, – согласился с товарищем Ривси. – О лошадях мы не подумали. С кибиткой-то проще. Можно накидать поверх какого-нибудь грязного тряпья, мешковину кинуть, белый цвет сажей замазать.

– Нам следует разделиться, – предложила Ильметра.

Она встала у большого валуна со спиленным боком, на котором искусный имперский картограф изобразил город Орн и его окрестности, включая обе дороги.

– Зачем? – спросил Оборн.

– У нас только две явно породистые лошади, их не спутаешь и не спрячешь, – пояснила девушка. – Твоя Шишечка вполне сойдет за обычную, а те что запряжены в повозку такие и есть. Мы с Дамми, поедем верхом по имперской дороге, а вы прикинетесь бродячими торговцами, пристанете к какому-нибудь обозу с дохлой рыбой и поедете низом.

– Только если Ривси с боссом будут сидеть в кибитке, – буркнул Оборн. – Потому что если кто-то из них высунет нос, а другой пузо, нас тут же запомнят.