Именем Горна

Упав на дорогу, юноша вскрикнул от боли пронзившей правую руку, но следующим движением рванул свиток зубами.

Телега занялась огнем и две объятые пламенем фигуры арбалетчиков ринулись в холодные воды, стараясь хоть так уйти от пожирающей их стихии.

— Вставай! — рядом оказался Агира. — Сумку возьми с коня и бегом!

— Что? — Эйдор глупо уставился на возвышающегося над ним черноволосого рыцаря, с меча воина на землю капала кровь сержанта. Спутник показался юноше демоном Подземного.

— Бежим! Это лишь дозор, основной отряд стоит гарнизоном в миле отсюда.

Наклонившись, Агира схватил инспектора за шиворот и рывком поднял на ноги. Взвыв от боли в руке, тот бросился к сумке. Слава Халду — убитый конь рухнул на другой бок, иначе со свитками можно было попрощаться.

— И бежим!

— Рука! — Эйдор вытащил из сумки заклинания.

— Там вылечим! Бегом! — Агира подтолкнул юношу к мосту.

— Почему, Агира? Почему так?! — заорал юноша, едва удерживаясь от рыданий.

— Беги!

Миновав догорающую телегу, Эйдор на бегу обернулся, чтобы взглянуть, нет ли погони. Взгляд наткнулся на тело сожженного им воина, и юноша в отчаянье взвыл. Он убийца! У него ведь был шанс все исправить: Победитель и тот маг наверняка бы выступили свидетелями против его вины. Но теперь его судьба решена. Он — преступник. Он применил магию Ордена против солдат Братства… Это страшный грех!

Агира бежал сзади, и молодой волшебник понимал, что рыцарь его бережет.

— Быстрее! — подогнал его воин.

Мост кончился, и под ногами захрустел снег земель Вольных. Совсем не таким представлял себе этот момент Эйдор, совсем не таким. Хотелось напоследок взглянуть на родной Анхор, пришпорить коня, а то и поднять его на дыбы, и уехать вдаль… А вот как вышло.

— Не беги по дороге, дурак! В лес сворачивай! — крикнул Агира, и юноша послушно направился в близкий, черный ельник.

От боли в сломанной руке Эйдор начал сходить с ума, пульсации будто перекинулись на все тело, и стоило юноше оступиться или неудачно приземлиться при беге — огненные клыки пронзали все тело. Врубившись в молодой ельник, бывший инспектор понял, что до этого он еще не знал настоящей боли.