Последний. Дети вампира

Что вы собираетесь делать со Священной девой Габриэль?

– А что я должен с ней делать? – вопросом на вопрос ответил регент. – Между прочим, мой покойный брат просил позаботиться о ней. – Кениш сузил глаза, выдернул нож из обивки дивана и отправил с его помощью в рот очередной кусок яблока.

– Так сделайте это! Ваши права на трон не признают, пока существует ваша невестка и ее внучка! – Оракул с видом превосходства сложил руки на груди.

– Не понимаю, чего ты от меня хочешь? Чем эта старая карга может помешать мне? С тех пор как Мирабелла исчезла, Габриэль на долгие годы добровольно заточила себя в северном крыле замка.

Тиль плотнее запахнулся в халат. Если он чего и не любил, так это давления. С детства из него пытались вылепить слугу, во всем покорного воле брата. Но теперь король мертв. Неужели этот урод из Этернала не понимает, что у Кениша развязаны руки?

– Народ почитает жрицу, считая ее более могущественной, чем самого короля. По традиции, именно жрица выбирает нового правителя. Её сила защищает эту землю от врагов! – давил Оракул.

– Это глупые предрассудки. Я никогда не верил в магию барьера. Возможно, когда–то у Рагдалены, морской девы, она и была. Но с тех пор прошло немало лет… Мир изменился. Я хочу наладить связи с Этерналом. Говорят, ваш уровень развития, и техника превосходит любые, самые смелые, наши представления. Мы же, доверяя старой магии, остаемся в прошлом. Думаешь, Габриэль помешает мне занять трон?

– Если Круг Пятерых попросит ее об этом, а военные присягнут ей на верность… Хоть она давно и не появлялась при дворе, Габриэль – вдовствующая королева Веталии.

– Да я сожгу эту ведьму! И, если понадобится, отправлю на костер тех, кто ее поддерживает! Я создам новую систему, новую страну, которая будет подчиняться только мне! – регент вскочил с дивана и стал мерить шагами комнату.

– Отправить на костер? Это довольно болезненная смерть, – голос Оракула стал расслабленнее и тише.

Зато Кениш, напротив, разошелся:

– Вся моя жизнь оказалась сломана из-за этой ведьмы. Так пусть сгорит за все обиды, за всю боль, что принесла мне. Устроив показательную казнь, я докажу, что не верю ни в какую магическую чушь. А также успокою предателей, которые ее поддерживают. Или тебе что-то не нравится?!

– Вы вправе решать сами, господин. Ведьме – ведьмина смерть.