Твой выбор – смерть

А что у нас там находится ровно посередине квартала? Да ничего особенного, просто полукруглая арка, ведущая во внутренний двор.

Та самая, куда свернула женщина и сопровождающая ее процессия, а чуть позже – Малыш.

Желтый «Уазик» медленно прополз мимо. Капитан приподнял голову и проводил его долгим пристальным взглядом.

У него стало зарождаться неприятное подозрение, что на поле появился новый игрок.

6

Этот дворик – последний в череде нанизанных один на другой узких внутриквартальных дворов – выглядел совсем маленьким, намного меньше остальных.

Вот, значит, какое место выбрали для нападения бандюганы с дубинами. Удачное, ничего не скажешь. Мало того, что здесь почти отсутствуют окна, так там, где они все-таки имеются, их еще ограничивают с боков странные выступы стен – причуда архитектурной мысли пятидесятых годов прошлого века, когда, судя по их виду, и были выстроены эти претенциозные здания в стиле позднесталинского классицизма с изрядной примесью своеобразно воспринятого барокко.

Этот дворик, должно быть, по первоначальной идее был хозяйственным, и архитектор, оберегая целомудренное неведение жильцов относительно дальнейшей судьбы продуктов их жизнедеятельности, позаботился, чтобы никакой случайный взгляд из окна не упал на емкости с мусором, подготовленные к вывозу.

Странное, должно быть, то было время, если проектировщики зданий могли позволить себе реализовывать столь нелепые идеи.

Мне почему-то пришло в голову, что в грубой реальности, где эти дома простояли полвека, эти задние дворы чаще всего использовались по другому назначению, о котором строители светлого коммунистического будущего не могли и подумать – для беспрепятственных грабежей неосторожно свернувших сюда пешеходов.

Сейчас, правда, речь здесь шла совсем не об ограблении.

Женщина при моем появлении затравлено обернулась. По ее короткому взгляду, который на долю секунды задержался на моем брезентовом чехле, я понял, что она пока что не отделяет меня от остальных своих преследователей.