Гоблин с Мечом и Магией

Кряжистый гоблин неопределенно хмыкнул, не желая продолжать неприятную тему. Одноногого, конечно, рассмешило имя, которым представился его собеседник, но злить бывшего чистильщика Гильдии Воров это прямой путь к смерти. Несмотря, на "слабость"(крайне неприятное заклинание Школы Воды), что скрючило и иссушило бывшего убийцу, навыки-то профессионального ликвидатора никуда не делись.

Честно говоря, потому они и познакомились когда встретились в родном селении. Головорез головореза, как говорится, чует издалека. Иначе долго не живёт, хе-хе.

— А сам-то, мой ехидный друг? — Сопляш на этот раз шмыгнул носом куда веселее. — Булыган? Как можно было назваться камнем лучшему пловцу Верфи? Или деревянная нога слишком громко стукала по палубе, демаскирую ваш пиратский рейдер? Или отсутствие конечности мешало тебе предаваться любви с русалками?

Одноногий гоблин хмурился, вспоминая неприятную причину, заставившую его покинуть корабль, и одновременно улыбался, воскрешая в памяти картины лихого прошлого. Казалось, что его перекосило.

— Не надо, — негромко и хмуро пророкотал моряк. — Эх, были денечки, якорь им всем в зад! — он широко улыбнулся, перебирая в памяти весёлые моменты лихого прошлого, легко забывая неприятное.

Бывший боцман пиратской шхуны "Добрая Акула" любил вспомнить свою беспокойную жизнь. Но крайне не любил вспоминать плохое, ту же причину бегства с корабля. Потому что это была самая обыкновенная трусость. А как мог признаться в подобном безбашенный рубака по прозвищу Головоруб?

— У нас обоих были резоны вернуться в родные пенаты, мой трезвомыслящий друг, — миролюбиво поднял руки убийца.

Пират с недовольством кивнул. Опять этот городской пижон разводит словеса, будто кочевник овец. Даже шмыгать меньше стал. Сам же бывший боцман не видел смысла устраивать ссору на пустом месте. И в любом случае не собирался проверять сколько сил и умений осталось в худосочном тельце убийцы. Как и шутить на тему его личин.

— Нам не с руки ссориться. Что будем делать с ним? — дернул пират головой в сторону выхода.

— Странная ситуация, - задумчиво шмыгнул убийца. — В Управу внесли обычного, хоть и неплохого воина, а обратно вышел уже Герой.

— Эт ты про палаш Тираскола, что ли?

— Само собой, мой очевидный друг, само собой, — усердно зашмыгал носом убийца, погружаясь в дебри мыслительного процесса.