Рожденный повелевать

Он прекрасно понимал, что наивен во многих вопросах, что ему еще неведомы многие тайны мира и людей. Но он будет воспринимать новые знания, как губка, так что станет достойным продолжателем дела отца, а, возможно, осуществит и свою собственную мечту. Но о ней пока никто не должен знать.

Глава 11

У столицы Империи не имелось ни стен, ни рвов. Когда-то первый Император провозгласил, что никто и никогда не станет штурмовать город, и вот уже несколько сотен лет, его слова служили лучшей защитой. Не слова, конечно, а тот факт, что ни один из врагов Империи не имел достаточно сил, чтобы добраться до ее столицы, не говоря уже об осаде.

Для Хлокита стало открытием, что провинциальные города, в которых он побывал, окружены стенами из дерева и камня. Он понимал, в чем их предназначение, но понимание не означало принятие.

Конечно, на всех путях, ведущих к столице, как наземных, так и водных, имелись посты Имперской Стражи и Имперской Таможни, так что беспрепятственно попасть в город законным путем не мог никто.

Столица непрерывно росла. Окраины сперва застраивались жалкими лачугами из сосны с соломенными крышами, но проходило несколько лет, и на их месте появлялись крепкие дома из лиственницы и камня, укладывалась дорожная брусчатка и подводились водопроводные, рылись сточные канавы. Такая застройка велась в строгом соответствии с задуманными архитекторами города планами, а неудачники, успевшие налепить свои лачуги, отправлялись строить их заново, расчищая лес под новые районы столицы.

Обычно новый район представлял собой квадратный участок, в центре которого располагалась небольшая площадь с муниципальной управой, рядом большая мастерская, где что-то производилось, тут же общежития для работников мастерской, несколько лавок и харчевен, на площади устанавливались торговые палатки, на ней же проводились казни.

Имелась и муниципальная конюшня, где держали лошадей для Имперской стражи и почтовой службы. Те, кто занимался частным извозом, были вынуждены держать своих животных на окраинах. В примыкающих к площади зданиях располагались суды, общественные бани и совсем небольшие мастерские вроде починки обуви и одежды. За ними уже начинались жилые дома – либо собственные, либо доходные, где сдавались комнаты и комнатушки способным их оплатить.

Указом императоров держать птицу и скот в столице запрещалось, но многие бедняки тайком держали кур, на что городские власти закрывали глаза. Все же трудно уследить за тысячами обитателей доходных домов.