Тот, кто тебя убьет. Книга 1

Пахло от нее интересно – зноем, терпкими пряностями и чем-то бесстыдно острым, отчего во рту невольно появлялся привкус отведанных на ужин специй.

Закончив, она отступила на шаг и довольно цокнула языком. Дверцу захлопнули, давая мне увидеть себя в ее зеркальном отражении.

– Нравится? – то ли спросила, то ли констатировала Ксанта.

– Да, – признала я, пусть наряд и был непривычным. Сложила руки на груди и усмехнулась: – Полагаю, сегодня меня не будут убивать, такое платье жалко портить.

Она покачала головой и звонко рассмеялась:

– Ну что ты…

– Ошибаюсь? – хмыкнула я. – И платья не жалко?

– Ошибаешься, – подтвердила Ксанта как-то нежно, – считая, что непременно умрешь. Ты не цель, а средство.

Расшифровки не последовало, лишь красноречиво заломленная бровь давала некий намек – поди разбери какой.

– Понятно, что ничего непонятно, – тряхнула я прижатыми диадемой волосами. – Прорицатели всегда говорят загадками.

– В храме Высших сил это ценится, – подмигнула она.

– Ты из Культа?

– И да, и нет. Ценю комфорт и тот образ жизни, что адептам недоступен. Но их идеи поддерживаю.

Те, что про жертвоприношения и массовые убийства?

– Те, что про магию, – пояснила Ксанта, угадав мои мысли. – Возможности одаренных куда шире тех, что установил Надзор. Запретное прорицание тоже существует: мы способны видеть очень и очень многое. Нам не позволяют, держа в рамках туманных предсказаний будущего.

– Общалась я с одним из ваших, кто говорил то же самое про целителей.

– Догадываюсь, о ком ты. Талантливый молодой человек, только с чувством юмора с юности беда, а это не лечится.

Она застала его юность?.. При том, что сам Ивон явно старше, чем выглядит. Значит, и Ксанта могущественный маг, они долго не стареют. Опыт, красота, ум – всё при ней.

– Какие там варианты, при которых я не умираю? – поинтересовалась я с ухмылкой, прекрасно их осознавая. Либо побег, либо скоропостижная кончина Велизара. – Ваш лидер убивает переходящих, в том числе для собственного удовольствия.

– Ты его плохо знаешь, – сказала Ксанта так, словно мне следовало это исправить.