Dragon Age: Восстание Архидемона

– Раны не тяжелые, не стоит снимать доспех. Потеряем время. Просто перевяжите меня. Не хотелось бы оставаться в этом проклятом месте до темноты.

- Займись им, - Алистер кивнул Давету, сбрасывая тому на колени свой походный мешок. – Я наберу крови. Айан, иди за мной.

Кусланд повиновался и следующие несколько минут они потратили на то, чтобы набрать в стеклянные пузыри той вязкой жижи, которая текла в жилах тварей вместо крови. Несмотря на то, что ее носители были мертвы, жижа отказывалась покидать их жилы, и ее приходилось буквально выдавливать.

- Не знаю, зачем они вам… нам нужны, - не сдержался он, бросая руку одного из мертвых чудовищ, которую сдавливал, пока Алистер ловил  неохотно текущую из разреза кровь. – Но я рад, что в ней мараешься ты, а не я. В первый раз вижу такую мерзость.

Алистер промолчал, закручивая последнюю крышку. Теперь по крайней мере одно задание Командора было исполнено.

- Они всегда такие? – кивая себе под ноги, спросил Айан. Разбросанные всюду тела тварей были мерзостны на вид, но не настолько, чтобы кровь стыла в жилах, вызывая смертный ужас. Прокаженные, говорят, могут выглядеть и страшнее. Этих же издали можно было бы даже принять за людей. Вблизи их гнилостная кожа, клыки, когти и уродливые морды не оставляли ничего человеческого. Но до «кошмарно выглядевшей бестии» о которой говорил в лагере Алистер, или хотя бы до болотной гидры им было далеко.

- Думаешь, я знаю? – Серый Страж пожал широкими плечами и, тщательно вытерев нож, спрятал его в прилаженный на боку чехол. – Я ведь новообращенный. Видел немногим побольше твоего. И не горю желанием видеть намного больше.

Теперь промолчать пришлось Айану. Так в молчании они и вернулись к остальным. После перевязки сэр Джори уверил, что сможет идти дальше. Ему предпочли поверить, тем более что цель их похода была уже близко.

До самых руин драться больше ни с кем не пришлось. Наученные горьким опытом, они даже сумели избежать коварных объятий болота, что было кстати, потому что болотная грязь, попадая в раны, часто вызывала лихорадку. Однако, сами руины их тоже разочаровали. Это были настоящие развалины, поросшие густыми болотными травами. Все, что могло сгнить – давно уже сгнило, а ржавеющее – рассыпалось в прах. От предполагаемой башни остался только полуразрушенный остов.