Зона Пси

Сбой программы… который открыл сюда невидимый проход. Что-то типа параллельной реальности… или параллельного мира.

– Ты сам-то веришь в то, что говоришь?

– Не знаю, – снова пожал плечами Виктор.

Елизавета села на корточки, придала лицу гримасу плача.

– Скотина. Что теперь без связи будем делать? Я айфон гокнула. – Несколько секунд она рассматривала разбитый мозаичный серый экран, потом резко выпрямилась в полный рост и с размаху швырнула айфон.

Солдат улыбнулся, обнял Елизавету за талию:

– Связи всё равно не было.

– Да-а, но айфон стоит не десять копеек.

– Сдерживать нужно свою ярость. – Солдат ещё шире раздвинул улыбку. – Ты – то ревёшь как грозная медведица, то пищишь как издыхающая мышка.

– Давай, пошли посмотрим, что там, и быстро убежим отсюда, – предложила Лиза. Солдат повернулся, она придержала его за задние карманы штанов. – А у тебя есть мобильник-то?

– Сломанный, – зачем-то соврал Виктор.

Они прошли пристройку из красного кирпича с наполовину закопанными оконными проёмами забитыми ржавыми листами железа, и вышли за угол, на стене болтался проржавевший кусок водосточной трубы.

Ноги Лизы и Виктора чуть не наткнулись на крохотную колыбель, прислонившуюся к стене; в грязной простыне и подушке лежала большая пластмассовая кукла, накрытая наполовину кукольным одеяльцем. На голове отсутствовали волосы, а в открытых глазах не было радужки со зрачками.

Солдат невзначай вспомнил, что, когда жена рожала, врач напугал, сказав, что ребёнок может родиться слепым из-за её отрицательного резус-фактора. Виктор вздрогнул, представив, что его сын мог родиться слепым, и ещё сильнее вздрогнул, вспомнив, что его Илюшка уже давно мёртв.

– Солдат, ты любишь Фредерика Шопена. Похоронный марш любишь?

Виктор чуть собственными слюнями не подавился:

– Как-то не очень.

– Здесь, кажется, очень часто его играли. – Лиза вскинула руку, указывая указательным пальцем.

– Да, вижу, – мрачно произнёс Виктор и перевёл взгляд с детской кроватки на земляной вал, на котором возвышались штук десять могильных камней и каменных крестов. – Неужели они своих родных хоронили здесь?

– Всё. Здесь больше нечего смотреть, – решительным тоном заявила Елизавета, воткнула пистолет в кобуру. – И так уже задержались. Уезжаем. И стучаться в двери не будем. Если бы там были хозяева, то давно вышли поинтересоваться нами.