Хроники орка

Особенное впечатление размеры твердыни производили, когда ты движешься к ее стенам в качестве парламентера с надеждой на то, что белое знамя сможет тебя защитить.

Не надо быть опытным воином и стратегом для того, чтобы понять, что даже разбитая армия графа сможет держать в таком замке долгую оборону, и здесь его голыми руками не возьмешь.

- Надо идти на переговоры, - сказал тогда Тир. – В конце концов, его жена – моя сестра.

- Что мы им предложим? – спросил Фэт.

- Там не только граф Вульверайн. Пусть выдадут его, и я прощу остальных, - ответил князь.

- Провокационное предложение, - усомнился баронет. – Кого пошлем?

- Ты пойдешь. Больше некому, - мягко сказал Тир и положил руку на плечо Фэта.

И эта тонкая, не закованная в броню рука показалась Фэту неожиданно тяжелой и твердой.

И вот сейчас Фэт, сидя верхом и сжимая древко с белым знаменем, двигался прямо к главным воротам замка врага. Его взгляд беспокойно скользил по башням и стенам. Он не видел там воинов, но знал, что за ним наблюдают и в любой момент могут нашпиговать стрелами.

Наконец он оказался достаточно близко ко рву, за которым виднелся поднятый мост и бастион, защищающий главные ворота. Фэт натянул поводья, остановил коня и протрубил в рог. Никто не ответил. Фэт протрубил еще раз. Ответом ему послужил лязг и скрежет.

Мост начал опускаться. Когда он встал на свое место, громыхнули ворота. Фэт напрягся. Что это могло значить? Они хотят напасть? Глупо! Неужели сдаются? Но вот ворота распахнулись, и в проеме Фэт увидел высокую стройную женщину с черными волнистыми волосами.

- Меня зовут Шиву, - сказала женщина, приблизившись к Фету на расстояние равное длине копья. Теперь баронет видел, что это именно женщина, а не девушка. Слишком жестко очерченные черты ее лица были, несомненно, красивы, но уже несли на себе печать времени.

- Я - графиня Вульверайн урожденная Веовульф, - продолжила она. – Сестра князя Тира и жена графа Веовульфа. Вернее, вдова…

И она сдернула ткань, скрывающую седую голову, лежащую на подносе.

- Это подарок моему брату, - сказала она.

- Остальные сэры, - она презрительно мотнула головой в сторону рыцарей, - присоединяются к моим поздравлениям. И надеются на его милость.

«Волчица!», - подумал баронет.