Хроники орка

Это приглашения на сегодняшний бал в честь праздника Лиго — праздника середины лета. Одна моя, другой с вами поделился настоятель нашего храма Бога Милосердного. Да, да, ему тоже выслали. Хоть бал и состоится под крышей храма Единого. Такова местная традиция. Туда приглашают только местную знать и дорогих гостей. Будет там и маг.

— Середина лета сегодня. А когда состоится этот бал? — спросил инквизитор.

— Да вот прямо сегодня вечером, — радостно ответил посол. — Только туда нельзя с оружием. Вернее, взять можно только кинжал.

Скорее, как статусное украшение. У вас есть красивый кинжал?

— Найдётся.

— Только вот что, будьте осторожнее, — уточнил чиновник. — За магом уже приходил инквизитор. Но подпал под его чары и стал кем-то вроде его охранника-паладина.

*

— А у инквизиторов есть имена? — спросил посол, когда он и его гость залезли в паланкин.

Предполагалось, что их понесут, чтобы длинные одежды не были запачканы даже брызгами. В этом был особый шик местной знати. Длина и чистота одежды говорила о статусе.

Если можешь себе позволить такое надеть, значит, тебя носят. Кроме того, праздничная одежда была почти полностью белой. Обычно: туника или хламида, украшенная по краю какой-то богатой вышивкой ярких цветов. Инквизитор оделся в короткую белую тунику, не сковывающую движений. Но обернулся в ярко красный шёлковый плащ, который, однако, почти невесомо облегал тело. На боку под плащом в изысканных чёрных ножнах висел кинжал с чёрной загнутой вперёд под прямыми углами гардой таким образом, что гарда вместе с лезвием образовывала что-то вроде трезубца.

На после же был длиннополый шёлковый кафтан с нарочито длинными, почти до пола, рукавами. В рукавах этих имелись прорези, чтобы его обладатель мог высунуть руки и производить ими хоть какие-то манипуляции.

— Или инквизиторы, как наш государь-император, теряют имя, как только вступают в должность? — продолжил допытываться посол.

— Император у нас всегда один, а инквизиторов много, — ответил инквизитор. — Да, у нас есть имена.

— И какое у вас?

— Меня зовут Хантер, — ответил инквизитор.

Пока длился этот нехитрый разговор, паланкин уже доставил гостей на место. Ведь храм Единого, как и дом посла, находился в центре города. Его интерьер, в отличие от храма Бога Милосердного, выглядел не так броско и богато. Что было парадоксом, ведь в городе основными прихожанами Единого была буржуазия, а Милосердного — городской пролетариат и бедняки.

Вообще храмов Единого великое множество.