Незаконченное дело

Тут раздался стук в дверь:

– Капитан, извините, что не предупредил заранее. Я хочу, чтобы вы кое с кем пообщались, а потом сказали мне своё мнение, – Исангаста это порядком озадачило, но виду он не подал и согласно кивнул.

– Отлично. Войдите! – крикнул Фареодур. Дверь распахнулась и зашло трое людей. Трое северян. При их виде капитан непроизвольно напрягся, а ладони собрались в кулаки. Все трое были выше Исангаста минимум на полголовы, с бородатыми лицами, покрытыми татуировками. Одеты они были весьма просто для послов – рубахи без рукавов, кожаные штаны да огромные, мохнатые плащи.

– Добрый день, господа, – поприветствовал их Фареодур, мгновенно переменившись до неузнаваемости. От хмурого, задумчивого древнего не осталось и следа. Сейчас министр весь светился доброжелательностью. Северянин, стоявший по центру, немедленно принялся переводить слова министра своим спутникам. Он казался самым молодым из северян.

– Толмач, – машинально определил капитан, а Фареодур тем временем продолжал:

– Позвольте представить вам капитана Исангаста, он тоже поплывёт к вашему конунгу на переговоры, – северяне стукнули себя в грудь кулаком и резко мотнули головой в качестве приветствия.

Капитан ответил им коротким, вежливым кивком.

– Капитан, это наши почётные гости с севера, – Фареодур специально делал паузы, чтобы северяне успевали за чужой речью. – Это Ульф, – он указал на левого, у которого были чёрные волосы, заплетённые в длинную косу.

– Бирнир, – показал он правого – светловолосого, с бусами, вплетёнными в длинные усы.

– И Валь. Сын конунга.

Стоящий в центре северянин повторил жест приветствия, но на сей раз другой рукой. Ярко блеснуло золото. На руке он носил массивный золотой браслет, который до этого скрывался под плащом. Такие, как знал Исангаст, носили только самые богатые и знатные из северян.

Капитан был окончательно сбит с толку. Зачем конунг послал своего родного сына? Послы же остаются в Алкиилоне в качестве страховки, и, если что-то пойдёт не так, их просто уничтожат.

Неужели Батрунг действительно хочет мира? Но раз так… Капитан почувствовал небывалое облегчение. Конунг прислал сына. Переговоры не ловушка. Его парням ничего не грозит. Эти три простые мысли принесли долгожданный мир в душу капитана. Обручи, сдавливающие его сердце беспокойством и страхом, наконец исчезли, а их место заняла радость. Исангаст даже перестал испытывать неприязнь к трём посланникам.