Незаконченное дело

Враги закончились, и капитан повернулся к Люциусу, чтобы увидеть, как тот мощным пинком в голову вырубает своего последнего противника. Другой уже лежал бесчувственной кучей на груде досок, которые недавно были столом.

Оставшимся лизоблюдом занимался Веарад. Он сидел на нём сверху, придавив ему руки коленями, и равномерно лупил по лицу. Сначала он со всей силы бил правой, потом левой рукой, почти что ласково возвращал в исходное положение отлетевшую от удара голову и снова бил. Работал он красиво и чётко, но был слишком пьян, чтобы контролировать себя.

Исангаст совсем не хотел, чтобы наморовский задолиз превратился в наморовского жмурика, поэтому кивнул Тазмаху на брата, чтобы тот его оттащил. Подчинённый немедленно кинулся выполнять немой приказ, а капитан пошёл успокаивать Терезу. Впрочем, она сама летела к нему, и по её лицу сразу было видно, что успокоить женщину будет необычайно трудно.

– Ну знаете, капитан, это возмутительно!!! Сначала ваши парни орут и будят всех постояльцев и ещё половину города, а теперь вы устраиваете драку с гвардейцами, попутно разнося мою таверну!!! Это уже ни в какие ворота!!! При всём уважении, капитан, я требую компенсации за поломанную мебель и чтобы вы немедленно убрались отсюда!!! – тут она запнулась, готовя новую тираду.

Исангаст примирительно поднял руку и достал из кошелька на поясе золотую монету. Это была более чем щедрая плата за стол, который в пылу драки разнёс Люциус, но Исангасту было действительно стыдно перед Терезой, которая всегда хорошо относилась к нему и его парням. К тому же ему не хотелось, чтобы им запретили посещать «Восьмой миг». Он протянул золотой Терезе, и её гнев как рукой сняло.

– Я всегда знала, что вы человек чести, капитан, и другим рассказывала. Правда, правда! Вот давеча я повстречала Конку – дочку мясника, и мы с ней разболтались. Сначала о погоде, а потом она речь о парнях завела.

А где самые видные мужики, как не в страже? А там уже и…

– Тереза, душенька, думаю, капитану очень интересно дослушать, но нам нужно идти готовить праздник, – пришёл на выручку Люциус. – Наверное, с едой ты нам не поможешь? – и он с надеждой на неё посмотрел.

– Ещё чего? Сначала разнёс мою таверну, а теперь помогай ему! Всему есть предел, Люциус. А теперь, если вам жалко пять минут мне уделить, то скатертью дорога! Выход знаете где.