Незаконченное дело

Вместе они усадили Куруза поближе к костру, подле Грена и Ресея, а потом Люциус устало рухнул на свою лежанку. Мэлс тут же сунул ему миску с дымящейся похлёбкой, и на следующие несколько минут окружающий мир перестал существовать. Еда была изумительна. Вяленое мясо таяло во рту, бульон приятно обжигал язык, наполняя нутро давно забытым теплом. Когда ложка царапнула по дну миски, Люциус испытал мимолетное разочарование. Словно у него отобрали что-то ценное.

Минуту спустя горячее золото кончилось, и, разумеется, добавки не осталось.

Люциус разочарованно облизал ложку и принялся чистить свою миску. Посуда, как и прочие полезные мелочи, оказалась в тюках, которые притащили из тайника рабов. Поначалу Люциуса разозлило это бездумное крохоборство, но сейчас он был рад тому, с какой скрупулезностью Куруз и его друзья наполняли свой тайник. В путешествии к Грибной Поляне им с Мэлсом не хватало этих крошечных проявлений комфорта.

Вскоре Фрау вновь оказалась подле котелка, почистила его, но вместо того, чтобы убрать подальше, снова набрала снега и повесила над огнём, бросая туда какие-то грибы.

Это удивило Люциуса и, как вскоре выяснилось, не его одного:

– Что это? – недоверчиво спросил Мэлс, глядя, как Фрау толчёт снег с грибами.

– Древесные грибы и шишки, – ответила Лада, распуская длинные волосы из тугой косы. – Они безвредные. Отвар из них хорошо согревает. В Грибной Поляне все его пьют. В Гуннарде разве нет?

– Нет, – покачал головой Мэлс. – Первый раз слышу про такие грибы. Насколько я знаю, в окрестностях города такие не растут.

– А что же там пьют? – выпалил любопытный Ресей, а через мгновение получил тычок в ребро от Куруза.

– Эль в основном. И сок из «сухих» ягод, сильно разбавленный водой. Чистым его пить нельзя – он очень сладкий и сильно сушит рот. А ещё пьют отвар из рыбьего жира и водорослей, но это на любителя. Очень необычный вкус.

– Необычный? – с понимающей улыбкой переспросил Дауш.

– Очень, – улыбнулся парень.

– Насколько? – игриво вступила в игру Лада, разметав гриву чёрных волос по плечам.

– Весьма и весьма интересный вкус, – уклончиво сказал Мэлс.

– Как…

– Да во имя Богов! – всплеснул руками Грен. – Парень, скажи уже, что отвар из рыбьего жира и водорослей на вкус такой же, как и на слух, – полное дерьмо! А то эти ваши намеки не закончатся до рассвета.

Ночную тишину разорвал дружный хохот. Бывшие рабы смеялись от души, смеялись так, как не удавалось уже очень давно. Не смеялся лишь один человек, хотя и отчаянно того желал.