Шаг в сторону

Именно поэтому я настаиваю, что пора действовать решительно уже сейчас — если, конечно, мы с вами не хотим, чтобы через несколько десятков лет Кумсоринская Семёрка постепенно превратилась в безусловные рабовладения Ареносы… Это, как я понимаю, точно не входит в ваши национальные интересы.

Властители морщатся. «Кумсоринская Семёрка» звучит так, словно их страны уже принадлежат ненавистной короне. Пожалуй, никто, кроме самих ареносцев не пользуется этим термином.

— Нападение на Кумсору вызовет недовольство со стороны других корон, — резонно замечает пенорийский верховный вождь. — И нам, скорее всего, придётся иметь дело не только с кумсоринскими колдунами, но и с подмогой, что им пришлют со всего мира.

— Уверяю вас, — лицо и тон руководителя непроницаемы, — у других корон в этот момент будет своих проблем по горло.

Головы поднимаются вразнобой — до кого-то дошло сразу, до кого-то позже.

— Проблем!.

— Имею, — невозмутимо кивает тот. — Кумсора — лишь один из многих оплотов всемирной угрозы, и если мы хотим эту угрозу устранить, действовать тоже надлежит всем миром.

Заместитель из своей тени внимательно вглядывается в лица собравшихся, нетерпеливо теребя пакет в руках. Загоревшиеся глаза у тех, что помоложе и понаивнее, вроде севалийской королевы; и тревожные морщинки, проступившие на лбах тех, что помудрее.

— Да, именно, — в наступившей тишине слова руководителя звенят зловеще. — Финальная битва не за горами. Кто кого… И чем дольше мы её оттягиваем, тем меньше у нас шансов победить.

— Мы можем заручиться поддержкой Менда? — осторожно интересуется правитель Мендры. — Вашей реальной поддержкой?

— Повторюсь, — слегка нетерпеливо отзывается руководитель, — Народ вершин не вмешивается напрямую. Не потому что не хочет; потому что не имеет права ставить под угрозу баланс сил, чрезвычайно тонких и непостижимых человеческим умом. Но мы продолжим снабжать вас информацией.