Шаг в сторону

Лишь за дверями мелькали эмоционалы нескольких лаборантов. Один из них, услышав шаги, выглянул из-за двери и тут же с разочарованием нырнул обратно, не признав в них того, кого ждал.

— Даже если тот медис узнал нас… — осмелев, поделился Марк вслух своими мыслями с наставницей. — Откуда он знает, что нас ищут? Может, он просто удивился, потому что не ожидал нас здесь встре…

Его оптимистичные рассуждения были бесцеремонно прерваны первым воплем тревоги. Здесь, под землёй, она звучала приглушённо и оттого вдвойне жутко.

Вдобавок к морозным, по коже побежали ещё и мурашки отчаяния.

— Следи за ней! — выкрикнула Карина, бросаясь вперёд.

Марк, с ноги захлопнув распахнувшуюся было дверь ближайшей лаборатории, подхватил Нилану под локоть и чуть ли не волоком потащил прочь, к лестнице наверх, где наставница уже вовсю отбивалась от кого-то не на шутку дерзкого.

— Вот надо же было ему сюда припереться, — цедил Марк, устанавливая барьер свободной рукой. — Что боевому медису понадобилось в такой дыре?.

.

— Сам ты дыра, — обиделась Нилана, настойчиво высвобождаясь из его хватки. — Может, опекунов пришёл навестить.

— Вперёд! — велела наставница, аккуратно протягивая руку к виску валяющегося под ковром медиса. — Дуэт-два. Где выход?

— Прямо по коридору, потом налево, — с готовностью отозвалась Нилана, с опаской глянув на лишённого сознания бедолагу. — Но коридор длинный.

— Чёртовы ваши коридоры, — буркнула рубра. — Окна там большие?

Получив растерянный кивок, она рванула вверх по лестнице.

Марк заспешил следом, снова схватив подругу под локоть. Хоть сейчас она и держалась храбро, он отлично помнил, что с ней бывает в трудные минуты — не хотелось бы потом разгребать последствия.

— Окошко без решётки! — обрадовалась Карина, повертев головой.

Коридор оказался полупустым: лишь несколько стариков и молодых медисов жались спинами к алой полосе, растерянно глядя на выпрыгнувших из подвала форсов.

Марк в несколько прыжков оказался у окна, поспешно выглянул наружу и занёс руку для удара, чтобы выбить стекло…

Враждебный эмоционал за углом он видел, но надеялся успеть.

Не тут-то было: светловолосая медиса стремительно выпрыгнула в коридор и тут же, не задумываясь, швырнулась ударной волной — словно знала, кого увидит и куда бить.

Это лицо Марк хорошо помнил. Оно впечаталось в память, стало одним из ключевых образов той ночи, когда безжалостное излучение блокатора и яд в крови, объединившись, чуть не унесли их жизни.