После России. Revised Edition

 – Касимов снова сел на любимого конька и дальше поскакал по проторённой дорожке антимосковской риторики:

– Мы должны всегда помнить: насилие – это корневой стержень московской политики. Москва – это город насилия и убийства, торгашества и лицемерия! Сотни лет кровавые московские империалисты на трупах угнетённых народов строили своё царство зла! Слава богу, недавно, казалось бы, этот ужасный период в истории Евразии и Урала закончился, и Москва стала рядовым городом. Но, увы, принятые меры, судя по всему, были недостаточны.

И вот результат – мы все его видим! Банда подонков и изменников, презрев присягу и закон, захватили власть в Русской Республике и пытаются вернуть Москве её мрачный статус столицы империи зла. Попраны наши святыни – Рижские соглашения! Попраны все нормы международных отношений! И что там теперь происходит, я не знаю. И никто не знает. Однозначно интерпретировать данные со спутников лично я не берусь.

– Неужели слухи о массовых убийствах достоверны? – деланно испугалась Наталья Гольц.

– Лично я в этом не сомневаюсь. – Касимов придал своему лицу трагическое выражение. – Страшно про такое говорить… Но можно ли ждать что-то хорошее из Москвы? Надо готовиться к самому худшему. Надо быть готовыми в случае необходимости отстоять родной Урал от московских орд убийц и мародёров! И я уполномочен вас заверить, сограждане, что мы Отечество сумеем защитить! Наши союзники подтвердили верность договоренностям, а вместе мы сила, способная отстоять демократию и порядок в Центральной и Западной Евразии! Весь цивилизованный мир надеется на нас и готов нам помочь.

– Спасибо вам, Константин Андреевич! А мы прощаемся с вами, уважаемые телезрители! – ведущая заглянула в камеру сквозь очки и бодро протараторила анонс: – Завтра в «Часе пик»: ход выборов в Китае прокомментирует директор Центра Евразийского мониторинга Тихон Обрезков!

– Откуда они берутся, все эти министры и директора всяких центров? – Саша снова попытался вызвать присутствующих на политическую дискуссию.

– Интересный вопрос, я бы даже сказал, вечный вопрос. – В аудиторию незаметно вошел Роман Трепаков, министр юстиции и заведующий кафедрой конституционного права Уральской академии государственной службы. Его внезапное появление заставило всех замолчать и рассесться по местам. Роман Геннадьевич выключил телепанель и не спеша взошёл на кафедру. – Я первый раз задался этим вопросом давно, году в девяносто втором, – Трепаков провёл рукой по седой шевелюре.