После России. Revised Edition

Генерал собрался пообедать, когда в кабинет вошел начальник Генерального штаба полковник Сорокин.

– Товарищ генерал, похоже, что-то происходит. – Сорокин был известным фрондёром и методично игнорировал прописанное в уставе Уральской армии обращение «господин».

– Что такое опять, Василий Петрович? Не пугай старика. – Старцев растерянно соображал, что могло случиться, раздражаясь от сорокинского «товарища». Это неприятное слово из прошлого напоминало ему слишком многое, о чем Старцеву категорически не хотелось помнить.

– В аэропорту сел борт из Владивостока. Их там встречали кокуровцы, лично Михайлов, заместитель Жихова.

– И что? Тут у нас уже и казахи присутствуют… И корейцев из Владивостока ждали со дня на день. – Генерал упорно не желал расстраиваться.

– Во-первых, прибытие корейцев ожидалось завтра. Во-вторых, есть сведения, что они прибыли раньше не просто так. – Сорокин заметно нервничал.

– Ну, правильно, такая сложная ситуация… – Старцев достал из кармана кителя платочек и отер им свой невысокий лоб.

– Товарищ генерал, разрешите, я по-простому? По честному? По-русски? – Сорокин подошел ближе.

С самого утра все шло не по плану: не отвечали нужные люди, нужные новости не поступали. Досрочное прибытие корейцев окончательно убедило Сорокина, что намеченное на вечер выступление нужно начинать или прямо сейчас, или будет поздно – даже если обещанный сюрприз на банкете случится.

– Выкладывайте. Только… только учтите, я сюда поставлен Президентом! – Старцев уже понял, что ему хотят сказать, а потому заранее испугался и принялся соображать, как бы ему поступить для минимизации возможного вреда от этого разговора.

«Кабинет прослушивается, если вести себя правильно, потом можно будет отмазаться. И гнать надо этого Сорокина, хоть и жалко. Ну, своя шкура дороже!»

– Товарищ генерал, нас слушают, но это уже не важно. – Сорокин сделал ещё шаг вперёд и теперь говорил прямо в лицо Старцеву.

 – Сейчас всё решают минуты. Или мы сейчас объявим тревогу, поднимем нашу армию и срочно возьмём под контроль город… ну, на случай, если корейцы и кокуровцы попытаются нас разоружить. Или…

– Что вы такое несёте? Кто нас будет разоружать? Зачем брать под контроль город? Что за бред? Вы что, провокатор? Шпион? Заговорщик? Я не потерплю! – Старцев решил, что даже простое участие в таком разговоре будет для него политически вредным и опасным.